Да и вообще к творчеству А. Н. Толстого автор «На дне» относился положительно, стремился привлечь его к участию в своих издательских проектах («История Гражданской войны в СССР», «История фабрик и заводов»). Горький написал И. В. Сталину 27 ноября 1929 года:
«Вот уже два года я настаиваю на необходимости издать для крестьянства “Историю Гражданской войны”. <…>
Книгу эту надобно сделать очень популярной. Мне кажется, сделать это надо так: привлечь Реввоенсовет и ПУР, пускай избранная им комиссия соберет весь материал и хронологически организует его. Этот сырой материал должны литературно обработать беллетристы. Я бы очень рекомендовал для сего Алексея Толстого, он крайне полезен для такой работы, затем – Шолохова, автора “Тихого Дона”, и Ю. Либединского».
После этого письма начались переговоры с А. Н. Толстым об его участии в проекте. 30 апреля 1930 года Алексей Николаевич сообщил Горькому:
«Пётр Петрович (Крючков. –
Что конкретно должен был сделать А. Н. Толстой для «Истории Гражданской войны в СССР», видно из письма Горького к И. В. Сталину от 5 июня 1930 года. В письме сказано:
«“Историю Гражданской войны” должны литературно обработать наши наиболее талантливые литераторы, активные ее участники, непосредственные свидетели и люди, хорошо знающие места действия.
К работе этой надо привлечь:
По Средней Волге – К. Федина,
Северному Кавказу и по Гуляй-Полю – А. Толстого».
Работа над «Историей Гражданской войны в СССР» шла очень медленно. При жизни двух писателей успел выйти только ее первый том (в 1935 году). Он имеет подзаголовок «Подготовка Великой пролетарской революции (от начала войны до начала октября 1917 г.)».
За предполагавшуюся работу по «Истории Гражданской войны в СССР» писатель попросил аванс и получил его. 10 сентября 1931 года А. Н. Толстой поблагодарил Горького и задал вопрос о своей дальнейшей работе:
«Дорогой Алексей Максимович,
большое спасибо за Вашу отзывчивость, – тысячу рублей от Петра Петровича я получил, две недели провел в деревне Неприе на озере Селигер. Сейчас вернулся заканчивать “Черное золото”. Закончу его в октябре.
Сейчас для меня стоит вопрос – что продолжать в 32 году? Вторую часть “Петра” или “19-й год”? Решение это зависит отчасти от моего участия в “Истории гражданской войны”, вернее, от сроков, которые Вы поставите для сдачи рукописи. Если Ваше дело очень торопливое, то мне придется писать “19-й год” и, работая с тем же материалом, готовить для Вас фрагмент для “Гражданской войны”.
Очень бы нужно с Вами поговорить. Когда Вы будете в Ленинграде?»
Горький откликнулся 13 сентября:
«Дорогой дедушка и тезка!
На все вопросы, поставленные Вами, Вы услышите исчерпывающие ответы из моих красноречивых уст, кои вскорости окажутся в непосредственной с Вами близости и будут пить чай.
Сейчас же писать я не в силах по случаю зубов, которые болят, так болят, что даже рука трясется, в голове – киргизская музыка играет».
