«К сожалению, таков же “марксизм” Толстого в “Петре Первом”. <…>
К апологии Петра, к восстановлению легенды о Петре – национальном герое, приводит Ал. Толстого идеалистический художественный метод, несмотря на механическое “присоединение” к роману о Петре quasi-материалистических истолкований социального фона. В результате: роман малодинамичен, при всей силе отдельных сцен, и переходит в хронику жизни Петра; часто повторяются наивные, старые легенды (восьмидневное, очень незадачливое пребывание Петра в Саардаме раздувается в значительный эпизод); много присоединено психологической отсебятины, хотя Толстой прекрасно знает эпоху, очень тонко показывает ряд бытовых, дипломатических, политических деталей, роман местами – при всем совершенстве языка и умной иронии автора – пахнет чем-то от Мордовцева».
Другой критик, Н. М. Иезуитов, в рапповском журнале «На литературном посту» в апреле 1931 года выступил со статьей «Пётр – “европеизатор Руси”: Заметки об исторической концепции романа А. Толстого “Пётр Первый”». Начал Н. М. Иезуитов, как и Г. Е. Горбачев, с разговора о рассказе «День Петра»:
«В год Февральской революции граф Алексей Толстой написал рассказ “День Петра”. <…> Отдав должное либерализму и некоему вольнодумию, Ал. Толстой наделил образ строителя Петербурга всеми отрицательными аттестациями, которые он смог почерпнуть из исторических документов и придумать сам лично. <…>
Доподлинно не известно, как встретила буржуазная критика и буржуазный читатель “День Петра” в момент его появления… Но уже много позже, в 1926 году, академик С. Ф. Платонов выступил с резкой критикой Алексея Толстого, обвиняя писателя в том, что он-де “образ великого преобразователя” обратил в “грубую пасквильную карикатуру”».
Затем Н. М. Иезуитов высказался о романе «Пётр I»:
