— Главная проблема в том, Василий Петрович, что информация о якобы полученных мною от цыган взятках дошла до оперчасти СИЗО! Это совершенно точно, товарищ полковник! Вы понимаете, о чем я? Это значит, что четыре «шкурки» от «кумовских» «шуриков» уже официально находятся в движении! А теперь скажите, товарищ полковник, что будет дальше при сложившейся в области ситуации? Как вы полагаете, тюремный «кум» решится тормознуть эту шнягу? Или он доложится, вы сами знаете, куда?
Лицо Дергачева по степени переспелой помидорной красноты теперь уже не уступало насыщенному колориту данилинских щек.
— И у меня еще к вам один вопрос, Василий Петрович, как вы думаете, сколько у нас с вами есть времени, чтобы грамотно спрыгнуть с этой сковородки?
Вчерашние посиделки с Дергачевым и Данилиным грозили затянуться надолго. Особенно после того, как я был вынужден прояснить старшим товарищам доселе подспудные для них нюансы. Поначалу, выслушав моё отрезвляющее вступление, они оба и одновременно впали в суетливую депрессию. После некоторых подробностей, которые я выдал, включая полученную от «кума» информацию, даже непробиваемый Василий Петрович озяб. И утратил присущее ему самообладание.
Примерно так же, как небезызвестный миру товарищ Полыхаев. Который из не к ночи упомянутого ильфо-петровского «Геркулеса». Тот самый совбюрократ Полыхаев, у которого в самый неподходящий момент вдруг обнаружились жена и дети… Само собой, в качестве главного смягчающего обстоятельства. А плюсом еще и Серна Михайловна, которая тоже оказалась не бесплодной. Ну и еще одна женщина из Ростова-на-Дону…
Как и ожидалось, оба моих внезапно и очень нервно взбодрившихся начальника были категорически против того, чтобы прославиться в узких кругах, но на весь Союз. Неожиданно для самих себя попав на маршальский стол министра МВД СССР. Пусть и не в виде своих скорбных тушек, а только заочно и лишь формально. Очень не хотелось им, чтобы их фамилии оказались на скучных страницах некоего спецсообщения. Впрочем, маловероятно, что оно, это нехорошее, траурное для них сообщение, будет единственным. Что состоится оно только от начальника нашего областного УВД. Ровно потому, что два других непростых генерала, гэбэшный местный и гэбэшно-московский, не медля ни минуты, так же отправят точно такие же спецсообщения. Но уже по своим каналам и каждый своему начальнику. Наперегонки, суки, отправят! Без какой-либо задержки на глупые и никчемные интеллигентские колебания!
И не потому так заскромничали подполковник с майором, что их фамилии им самим вдруг показались неблагозвучными. Для нежного уха товарища Щелокова Николая Анисимовича. Вовсе нет! Могу предположить, что одномоментно и сразу в обеих начальственных головах полыхнуло яркое понимание всей бренности их бытия. Печального бытия разоблаченных обосравшихся мелких руководителей. Очередного Зажопинского горрайоргана ОВД из глухой провинции. Который, как оказалось, антисоветски и насквозь прогнил от коррупции. Я уверен, что никак не хотелось прославиться подполу и майору в качестве командиров продажного РОВД. Коварно опутанного не только липкой паутиной цыганской спекуляции, но и гнусной наркоторговлей. И пофиг, что территория кировская! Кто об этом вспомнит, когда начнётся кровавое пиршество и наказание всех непричастных⁈ Причем, в то знаменательное время, когда в этой области и под эгидой ЦК КПСС уже плодотворно свирепствует столичная комиссия. Межведомственная! А когда потом всё же разберутся, оторванных голов назад уже не пришьёшь!
Да, тут уж хошь, не хошь, но у любого и каждого цековского коммуниста где-то под селезёнкой обязательно засвербит подленький, но уместный, и очень своевременный вопросец! Ужель настолько распоясались и обнаглели эти Октябрьские менты мухосранского Зажопинска, что даже присутствия бригады из ЦК партии они ни хера не боятся и продолжают получать с цыганской мафии⁈
А следом за этим вопросом неотвратимо и сразу последует второй, а затем и следующие. Вместе с которыми неминуемо случится условный ядерный взрыв. И горе тому, кто в эту секунду оказался на виду, и на слуху у министра. И не только у него. Потому и не хотят мои неглупые начальники сверкать своими фамилиями на министерских и не только, столах. Они прекрасно знают, что в обратную сторону наша советская репрессивная мясорубка хода не имеет. Обратно она фарш не проворачивает никогда. Ибо всем и доподлинно известно, что наша родная партия, и компетентные органы с применением репрессий никогда не ошибаются.
