Г е р ц о г. И счастливая любовь поможет ей! Доверимся чудодейственной любви, и так далее, и так далее… А теперь, рыцарь, готовься и ты к достойной встрече. Пошли.
В и в а л ь д о. Начинается новая глава истории.
Все уходят.
М у ж с к о й г о л о с (из-за сцены). Дай хоть глоточек, злодейка!
Г о л о с Л у с и н д ы. Как бы не так! Я несу это рыцарю!
М у ж с к о й г о л о с. Рыцарю… все рыцарю!.. (Удаляется.)
Л у с и н д а (входит, мечтательно делает несколько па вальса, напевая). Такой знаменитый человек, герцогини и королевы млеют и сохнут по этому страшилищу. Какая счастливая сеньорита Дульсинея! Здесь они и обручатся… Сколько радости! О боже, такой большой человек! Говорят, он ужасно страдал, но для него и страдание награда. Бедняга! И ничем иным не отблагодарит его герцог, кроме слез и своей милости! Только найдется ли в кладовых у герцога хоть немного радости для него? А в сердце прекрасной Дульсинеи хоть немного доброты, жалости, сочувствия? И что обещают им звезды?
Внезапный шум за сценой.
В и в а л ь д о (выскакивает на сцену, склоняется над парапетом). Что там такое?
Г о л о с с т р а ж а (из-за сцены). Какой-то тип тут… говорит, будто он рыцарь, сеньор кастелян!
В и в а л ь д о (высовываясь). Кто такой?
Г о л о с Д о н - К и х о т а (из-за сцены). Посмотрите на меня, ваша светлость, посмотрите поближе! У ворот вашего замка стоит Рыцарь Печального Образа, или, как меня теперь называют, Рыцарь Львов.
В и в а л ь д о. Посветите на него!
Снизу яркий свет.
О боже! Рост… длинное печальное лицо… крючковатый нос… впалая грудь… паучьи ноги… сущий призрак! Как он сюда попал? Какие черти его принесли? Святая Аполлония! Неужели он настоящий? (Кричит.) Гоните обманщика! Сбросьте его в ров с водой!
Снизу слышится шум борьбы, крики: «Позор!», «Разбойники!», «Самозванцы!», «Палачи!» Собираются о б и т а т е л и замка.
(Строго.) Нечего вам тут смотреть! Уходите все!
Постепенно шум стихает, и все расходятся.
(Вытирает пот со лба.) Сколько забот! Чем мне все это оплатят? Хорошо еще, что тут был я, а не старик! (Уходит.)
Несколько мгновений сцена пуста, потом появляется Л у с и н д а, спрятавшаяся во время предыдущей сцены за выступом.
Л у с и н д а (спешит к парапету, наклоняется, кричит). Сеньор рыцарь! Сюда! Здесь, у этого бастиона, вы сможете вскарабкаться… Слушайте меня, сеньор рыцарь, хватайтесь за ветки! Вот так!
Из-за парапета показывается Д о н - К и х о т, мокрый, ободранный, жалкий. С трудом перелезает через стенку. Ноги у него дрожат, кажется, что он вот-вот упадет. И все-таки широким движением он вытаскивает меч.
Уберите свой меч, сеньор рыцарь! С него течет вода. Завтра утром, когда предстанете перед герцогом… А пока, пожалуйста, потише! Так будет разумнее и вообще… Дайте мне руку, да не жмите так сильно! Вот так! А теперь, сеньор рыцарь, потихоньку за мной! Вот так! Вот так!
Картина третьяСцена разделена надвое, большая часть — комната Дульсинеи. Резная кровать под балдахином с шелковыми занавесками цвета герцогского герба, преобладает золото, темно-зеленый и красный цвета. Туалет заставлен всевозможными флаконами, венецианское зеркало до полу освещено двумя бра. В углу ширма для переодевания, обтянутая шелком. Рядом комната Лусинды, маленькая с двумя дверьми: одна в коридор, другая, тайная, в комнату госпожи.
В течение картины освещается то одна, то другая комната, то обе вместе, как того требует действие.
