Современная венгерская пьеса полностью

Спальня старого дома в Ламанче. Стены заплесневевшие, желтовато-серого цвета. Справа под аркой дверь, окна с решетками на заднем плане закрыты портьерами. Слева кровать под балдахином. На стенах ржавое оружие, почерневшее изображение святой. В нише горит факел. Сцена погружена в полутьму, раннее утро. Слышится пение петуха. Д о н - К и х о т  откидывает полог кровати, выглядывает из-за него. Он стал еще более старым и худым, не сгибая шеи, крутит головой, прислушивается. Снова кричит петух.

Д о н - К и х о т. Ты звал меня, петух? (С надеждой.) Хочешь мне что-то сказать, рыцарь со шпорами? (Вылезает из кровати, надевает штаны, шлепанцы.) Вот и я. (Выходит на авансцену.) Ваша светлость! Что-то я не слышу повторного зова фанфар! (Напряженно прислушивается.)

Пение петуха.

(Радостно, с облегчением.) Значит, все-таки призыв был обращен ко мне? Санчо, Санчо, не слышишь? Воском, что ли, заткнули тебе уши?

Открывается дверь, торопливо входит  Л у с и н д а.

Л у с и н д а. Ваша милость звала? Вы проснулись? И даже с кровати встали?

Д о н - К и х о т. Своими ногами. Ты чему удивляешься?

Л у с и н д а. Я рада, рыцарь. Мое сердце наполнилось счастьем! Столько дней вы лежали недвижимо.

Д о н - К и х о т. Как — недвижимо?

Л у с и н д а. Сомкнув глаза и уста.

Д о н - К и х о т. Зима остается зимой, пока не придет весна.

Л у с и н д а. Надо сказать священнику, чтоб он не торопился сочинять похоронную речь.

Д о н - К и х о т. Какую похоронную речь? (Пауза.) Скажи-ка мне лучше, ночь сейчас или рассвет?

Л у с и н д а. Рассвет! Раннее утро! (Открывает занавеску.) На небе расцветает заря. (Радостно.) Пойду сообщу всем отрадную весть!

Д о н - К и х о т. Подожди. (Берет ее за руку.) Какие у тебя теплые руки!

Л у с и н д а. Земля тоже теплая, сеньор рыцарь. Ее тепло проникает через мои ступни в сердце, а от сердца разливается по всему телу. Вот так-то.

Входит  С а н ч о  со свечой в руках, подносит руку к глазам.

С а н ч о. Здесь уже дневной свет? (Задувает свечу.) Ваша милость!

Д о н - К и х о т. А ты думал, это мой призрак?

Санчо быстро осеняет себя крестом.

(Смеется.) Я очень проголодался.

С а н ч о. На самом деле или следуя рыцарским законам?

Д о н - К и х о т (строго). У меня в животе бурчит.

С а н ч о. Если вы это серьезно, я могу вам предложить вчерашнего супа.

Д о н - К и х о т. Намекаешь, что у меня нет зубов? Эти постоянные разговоры о супах!

С а н ч о. Ах, сеньор кабальеро! Если б под карнизом вместо голубей гнездились молочные поросята, мы сейчас закусили бы жареной свининкой.

Л у с и н д а. Сейчас принесу суп. (Уходит.)

Д о н - К и х о т. Она не служанка! Она цветущая веточка, молоденькая герцогиня…

С а н ч о (строго). Опять за свое, сеньор кабальеро!

Д о н - К и х о т. Даже этой маленькой радости хотите меня лишить? Алмаз становится камнем, герцогиня — крестьянкой? Хуже нет волшебников наизнанку, призывающих к трезвости. Скажи, Санчо, зачем нам такая жизнь, где все осязаемо, где каждый предмет имеет свою форму и материю, где за действительностью нет другой действительности, которую некоторые называют будущим, другие надеждой, а кто и перспективой?

С а н ч о. Правильно говорите, ваша милость! Жена уж и то мне все уши прожужжала: не хочет она быть перспективой оруженосца, чей рыцарь потерял свое имение и свои мечты! Какие заработки могут из этого получиться?

Дон-Кихот удивленно поднимается с места. Вбегает  Л у с и н д а.

Л у с и н д а. Сеньор кабальеро! Прибыла сеньора Дульсинея! Во дворе у вас дожидается. Пока она к нам в горку лезла, раскраснелась вся, щеки, как лососина.

Д о н - К и х о т (подпрыгивает на одном месте). Донья Дульсинея? Ты сама видела? Не игра ли воображения? (Рассматривает себя в зеркало, переступая с ноги на ногу.) Санчо, подай кольчугу! Подай наколенники, налокотники и все остальное! Копье мое начищено? На шлем перо прикреплено?

Л у с и н д а. Она, верно, узнала, что ваша милость больны, в постели…

С а н ч о. Было бы, пожалуй, лучше, если б ваша милость забралась под одеяло.