На подъездной дорожке слышится шорох шин: перед домом паркуется другая машина, из которой выходит мать Трэвиса.
– Привезла поесть, – объясняет она, доставая из багажника два пакета с едой навынос. – Решила, что вы проголодались.
– Отлично! – восклицает Шелби. – Давайте принесем подушки и устроим пикник на полу.
– Можно посидеть на кухне. Там есть табуретки, – замечает Трэвис, хмуро глядя на сестру.
– Мы справимся. – Обнимаю его за талию. – К тому же я не удивлюсь, если завтра по возвращении домой мы обнаружим, что он полностью обставлен мебелью.
По пути внутрь размышляю о том, стоит ли заняться коробками сегодня или лучше начать завтра.
– Завтра. – Трэвис наклоняется и целует меня в шею. Рассмеявшись, качаю головой. Ну вот, он уже читает мои мысли.
– Умираю с голоду. И здесь всего две табуретки, – заявляет Кларабелла, забирая у матери пакет. – Так, посмотрим… – Она выкладывает упаковки с едой на столешницу. – Паста. Курица. Рис, овощи, картофельное пюре с чесноком, цыпленок-гриль и гамбургеры.
– Принесу стулья из гаража. – Трэвис целует меня в плечо и выходит на улицу.
– Здесь есть бумажные тарелки. – Шелби ставит их на стол.
– А этот ужин можно засчитать как еженедельный семейный? – интересуется Пресли, начиная открывать контейнеры. – Я только за.
– Это праздничный ужин, – с улыбкой поправляет ее мама Трэвиса, Дебора, и обнимает меня. – Мы счастливы, что ты здесь.
– Я тоже очень рада, – с улыбкой признаюсь я, беру тарелку и наполняю ее едой.
– Не припомню, чтобы мы когда-нибудь здесь ели, – замечает Кларабелла, усаживаясь на табурет.
– Мы завтракали здесь в день его свадьбы, – напоминает ей Пресли, потом, шире раскрыв глаза, поворачивается ко мне. – Прости.
– Не страшно, – усмехаюсь я и, пожав плечами, беру кусочек моркови. – Трэвису постоянно напоминают об этом.
– Мы ужинали здесь в прошлом году, в день его рождения, – говорит его мама.
Внезапно ощущаю, как меня охватывает грусть, и опускаю взгляд в тарелку.
– Точно, мы еще ели лимонный пирог, – вздыхает Кларабелла. – Вкуснее я в жизни не пробовала.
– Не знаю, как вы, а я рада, что Харлоу здесь, – заявляет Пресли.
– Спасибо, – киваю я, поднимая голову.
– И не только потому, что ты более милая и с тобой проще общаться, – подхватывает Кларабелла. Мама Трэвиса прочищает горло. – Что? Неужели ты не заметила, как он изменился?
– Еще как заметила. Разница огромная, – признается Дебора. – Как день и ночь. Раньше каждый раз, как я приглашала его на ужин, он просто соглашался и приходил один. А теперь говорит, что должен посоветоваться с тобой.
Беседа прекращается, когда в кухню входит Трэвис с двумя стульями.
– Все, что нашел.
– Ну и ладно. Могу постоять, – киваю я.
Трэвис берет тарелку и встает рядом со мной.
За едой мы разговариваем на отвлеченные темы, после начинаем убирать со стола. Дебора посылает Трэвиса в магазин за молоком для нашего утреннего кофе. Тем временем Кларабелла и Шелби уезжают домой, за ними следом Пресли.
– С тобой все хорошо? – интересуется Дебора. – Скучать по дому – это нормально.
– Да, я скучаю, – с улыбкой признаюсь я, – но счастлива, что приехала сюда.
Обвожу взглядом пустой дом, представляя, как каждое утро пью здесь кофе и, что еще более важно, как мы строим здесь свою жизнь.
– Тебе будет удобно жить в этом доме? – спрашивает Дебора, нервно заламывая руки. – Он ведь был помолвлен.
– Да, но она ведь не жила здесь.
– Твоя правда. Она сюда почти не приезжала. Ну, может, изредка. И собиралась переехать только после свадьбы. – Мать Трэвиса опускает взгляд на свои руки, потом вновь смотрит на меня. – Я уже не чаяла снова увидеть его счастливым. – Она смаргивает навернувшиеся на глаза слезы. – Каждый раз, когда я спрашивала его, как дела, он отвечал, что все нормально, но я знала, что это не так.
– Не только Трэвис не был счастлив. Я тоже через это прошла.
– Когда он сообщил мне, что женится, в глубине души я сразу ощутила, что это ошибка, но всеми силами старалась его поддержать. Однако всякий раз, как речь заходила о приготовлениях к свадьбе, он просто заявлял, что ему все равно, и оставлял решение за нами. Разве это дело? – Дебора качает головой. – Готова спорить на что угодно, если речь зайдет о вашей свадьбе, он составит целый список того, что хотел бы сделать для тебя.
Непроизвольно начинаю улыбаться.
– Я не знакома с Дженнифер и не задаю Трэвису никаких вопросов насчет их отношений. Все это в прошлом. Но я очень рада, что получила по почте приглашение на его свадьбу.
– А я очень рада, что отправила его тебе, – подмигивает мне Дебора; в ее глазах блестят слезы. Я резко втягиваю воздух. – Так и чувствовала, что если он увидит тебя, то передумает жениться.
– А если бы я не приехала?
– Мне пришлось бы изобразить сердечный приступ. – Дебора поднимается на ноги. – Ладно, я поехала домой праздновать возвращение сына. И обретение новой дочери.
Я обнимаю ее, и мать Трэвиса уходит, оставляя меня в полном одиночестве. Убирая остатки еды в холодильник, замечаю на полке целую бутылку молока.
– Отличный ход, – сообщаю пустой комнате. – Великолепный, черт возьми.
