— Да, были и заметные промахи. Не обошлось и без серьёзных провалов. Правда, это всё уже в прошлом. Однажды двадцать лет тому назад мы разработали план создания живого организма, способного уничтожить едва ли не всех насекомых-вредителей на планете, — на редкость выносливых агрессивных жучков, и в виде наглядного опыта запустили их на территорию, которую буквально колонизовали мириады вредителей. В один день наши жучки расправились со всеми вредителями, не оставив в живых ни одного. Однако случилось несчастье, мы допустили какой-то просчёт, ошибку в геноме созданных нами насекомых. То ли жучкам не хватило пищи, то ли у них изменился вкус, но, покончив с вредителями, они все скопом набросились на животных, а затем и людей. Всё едва не закончилось трагедией. Мы успели уничтожить жучков-убийц, прежде чем они расплодились бы по всей стране. Но одну небольшую колонию всё-таки оставили в лаборатории — на память об ошибке.
Гриша не без неприятного озноба огляделся по сторонам:
— Вы хотите сказать, что эти ваши жуки-убийцы здесь?!
— Мы храним их буквально за семью замками, откуда жучкам не выбраться. А что, вы бы хотели на них посмотреть?
Самойлов ответил не сразу. Каким-то шестым чувством он понял, что ему предстоит не самое приятное зрелище.
«Вот тебе и разрешённые эксперименты, и ничего секретного», — подумал он, когда блондинка в белом халате крепко взяла его за руку и увлекла за собой в соседнее помещение. Там она заняла место за пультом, расположенным перед небольшим застеклённым герметичным боксом для опытов с насекомыми. Профессор Сафонов вошёл следом, добродушно поглядывая на Гришу.
— Только на сей раз обойдёмся без лабораторных крыс, — сказал Сафонов, — не будем шокировать нашего гостя.
Сотрудница щёлкнула несколько клавиш на клавиатуре, после чего взялась за рычаг, установленный на пульте. С обратной стороны стеклянной перегородки механический манипулятор ловко выудил из бокового отсека и бросил на стол сочный кусок свежего мяса. Следующим движением механическая рука поставила на стол металлическую колбу, изъятую откуда-то из глубин лабораторного паноптикума, и нажала на крышку, словно это был обычный термос.
— Это колба-распылитель, — прокомментировал Сафонов. — Сейчас вы увидите жучков. В этой среде они размножаются быстрее, чем микробы.
Не прошло и минуты, как Самойлов увидел сгусток какой-то грязного оттенка, мерзкой на вид массы. Он рос буквально на глазах и менее, чем через несколько минут превратился в довольно большую колонию кишащих мерзких тварей величиной не больше муравья. В течение минуты от мяса не осталось и следа. Страшнее всего было то, что колония прожорливых плотоядных жучков росла с каждой секундой, заполняя собой всё пространство за стеклянной перегородкой, и, совершенно потрясённый этим зрелищем, Самойлов закричал:
— Бога ради, сделайте что-нибудь! Они же сейчас вырвутся оттуда…
Скептически покачав головой, Сафонов щёлкнул одну из клавиш, и пространство за стеной заполнилось каким-то чёрным дымом, выпущенным из множества скрытых отверстий за стеклом герметичной камеры. Когда он развеялся, колонии жучков больше не было, как будто этот дым растворил их в воздухе. Ирма при помощи манипулятора убрала закрытую колбу с оставшимися личинками насекомых, возможно, ещё готовящихся улизнуть из неё в будущем.
Самойлов с облегчением вздохнул. Он не думал, что настолько испугается каких-то тщедушных крошечных жучков. Сказать по чести, он бы не отнёс такого рода эксперименты к разрешённым, но не хотел расстраивать энтомологов и, особенно, очаровательную Ирму. Видимо, отец и дочь жили в одним им понятном мире, где всё было разрешено, доступно и не было запрещённых тем, если только они не во благо науки.
Неожиданно Грише пришла в голову мысль, что самое время задать пару вопросов о профессоре Волкове. Ведь это его незримое эго витало надо всем секретным научным институтом, и, скорее всего, здесь не было ни одного замысла, ни одной формулы, ни одной научной идеи, которая прошла бы мимо него или укрылась от его пытливого взора. И ответить на этот вопрос, возможно, мог только Сафонов-старший.
— Профессор Волков? — тревожно переспросил он. — Ну что ж, к сожалению, я его знаю в институте лучше всех.
— Он основатель Объекта 5, это правда?
— Правда ли это, — Сафонов усмехнулся. — У него не могло быть тех способностей, чтобы всё это организовать. И вы бы в это никогда не поверили, если бы знали, кем он был пятьдесят пять лет назад.
— Очень интересно, — заметил Самойлов.
— В те времена этот объект уже существовал. Его основание совпало с первыми шагами наших учёных в космос. С первых же дней мы сотрудничали с ведущими специалистами советской космической программы, а затем и Звёздного городка. Думаю, у них была монополия, они могли распоряжаться нами как могли, и мы не имели права отказаться. А в ответ они подбрасывали нам свои проблемы, загружали нас новыми заказами, что само по себе приводило в движение все механизмы и сподвигало на новые открытия.
— И профессор был лучшим из ваших специалистов?
