Эйдану только оставалось таращиться на нее. В темноте было сложно осмотреть новоиспеченную девушку. Но то, что было понятно сразу — ей не холодно. Почти конец ноября, погода больше походит на зимнюю, только без снега. По ночам подмерзают утренние лужи, ветер пронизывает до костей. В такое время хочется сидеть дома, а уж если вынесло на улицу, то надеть все самое теплое, ну никак не сидеть на остывшей от солнечного гнета, земле. На ней было платье больше походило на ночную сорочку, где плечи прикрыты лишь тоненькими бретельками.
— Угу. — только и смог выдавить Эд. Девушка улыбнулась и убрала ладони от его лица. — Я схожу с ума, не так ли? Боже, шутки про наркотики больше не звучат как шутки, я же вижу девушку в лесу. — и тут в его голову пришло неожиданное осознание. Эта та самая девушка, стоявшая на пристани. Значит, нет никакой лисы, а она скорее всего, живет где-то здесь. Услышала его стоны и пришла. Он все выдумал. И лису, и превращение.
— Мое имя Этель. — произнесла она, осторожно подползая к нему. — Я принесу тебе лекарство, но ты не должен спать. Слышишь? Смотри на звезды, считай их.
— Зачем ты завела меня сюда? — он был в дурмане. Он обращался к лисе, а не к сидящей рядом девушки.
— Боюсь, что мы оба завели себя сюда. — кратко ответила девушка и поднялась. — Прошу, считай звезды, я скоро вернусь.
— К черту звезды! К черту все…
— Прошу, не засыпай, мальчик.
Все его тело задрожало от резкой боли, веки отяжелели, словно налились свинцом. Наверное, ему приснилось все это. На самом деле, он спит в своей постели под теплым пуховым одеялом. Но над ним плотным полотном заполнило пространство небо и засияло миллиардами звезд.
Густая темнота, осязаемая даже в воздухе, окутала Эйдана. Дрожь где-то в центре груди пульсирующими потоками неслась по телу. Он четко ощущал запах сырости, расползавшаяся по всему дому. Внизу слышались голоса, но лишь два из них он точно знал. Отец беседовал с шерифом Мэйсоном, а мама, закрыв руками лицо, плакала всхлипывая. Маленький Эйдан сидел на лестнице и наблюдал, как отец борется за Джейми.
— Шеф, я прошу, не закрывай дело! Пойми меня, как отец. Джейми не может…не может. — Роберт размахивал руками от ярости.
— Роб, как отец я тебя понимаю, но как шериф должен закрыть дело. Мы нашли велосипед вашего парня в болоте, клочок футболки на дереве рядом с этим местом. А по тропинке, где все ходят был найден его кожаный браслет. Лесник, Пит Янсли прочесывал со своими ребятами ту местность вдоль и поперек. Собаки реагируют у болота. Вывод напрашивается сам. — мужчина опустил голову и более тихим голосом продолжил. — Роберт, Джоан, у нас есть причины закрыть это дело, так как считаем, что ваш сын мертв.
Плач похожий на вой животного заполнил комнату. Джоан кричала, что есть мочи. Казалось бы, Джейми пропал шеснадцать месяцев назад, слез было пролито не мало, но именно в этот момент платина, что сдерживала ее отчаяние — прорвалась.
— От себя я хочу сказать, что вера все, что осталось. Ни один коп не может заставить вас поверить в то, что Джейми действительно нет. Вам нужно отдохнуть. — закончил Мэйсон и повернувшись к остальным полицейским, добавил: — Пойдемте, парни.
Джоан не могла успокоиться и повалившись, уперевшись ладонями в пол, продолжала оплакивать сына. Маленький Эйдан не мог смотреть на безутешную мать, его сердце сжималось от боли и безысходности. Мальчишка сбежал по лестнице и бросился к матери. Он обнял ее всеми силами крохотного тела, но Джоан с жаром отбросила сына. Эйдан упав на спину, непонимающе смотрел на мать.
— Это ты виноват. Ты. — сквозь рыдания кричала женщина. Она не подняла глаз, но голос ее был преисполнен ненависти к собственному ребенку. — Если б ты его не отпустил! Почему ты отпустил его!?
— Джо! Хватит! — разъяренный голос отца, прозвучал, как накат холодной воды. — Что ты несешь? — он схватил жену за плечи и довольно резко дернул. — Не смей! Он последнее, что у нас осталось.
— Нет! — не унималась женщина. — Верни мне Джейми, верни, боже!
— Мам…- пролепетал слабый голос Эди.
— Лучше бы ты, чем он… — в этот момент Роб еще сильнее сжал жену и дернув, заставив замолчать.
Эйдан сорвался с места и помчался в свою комнату. Поднявшись по лестнице, глазами полными слез, он едва ли заметил, как дверь в комнату старшего брата качнулась, и темная тень мелькнула в проеме. Войдя в свою комнату Эд, сел на постель и вытирая слезы накопившийся за столько месяцев смотрел в окно и отказывался верить в то, что сказал шериф. Ведь этого просто не может быть! Джейми обещал вернуться, обещал…
Старое воспоминание подкараулило парня, подкравшись через сон. Эйдан не любил воспоминания о брате и о той поре, когда его не стало. От мыслей о прошлом становилось дурно, тошно и снова очень горько. Надо же он и забыл, что когда-то его мать сказала ту страшную фразу. Но только боли он больше не чувствовал. Равнодушие нашептывало позабыть и никогда больше не думать об этом. Именно тот случай стал точкой, когда Эд больше не мог относиться к матери искренне.
