Наверное во всем мире не найдется солдата, неважно какой армии — который бы за все время своей службы ни разу не был в Сочи. Как это не были — были, были, припомните… Еще как были. СОЧи — это Самовольное Оставление ЧастИ. Вот-вот, вижу что вспомнили…
Разбирались с этим по-разному, в армии Российской Империи к примеру не было биотуалетов — не закупали принципиально, чтобы по возвращении была работа для туристов из Сочи. Была и другая работа разной степени сложности — влажная уборка в казарме, чистка картофеля вручную, копание окопа для стрельбы стоя в личное время солдата. В общем — особой трагедии из этого не делали, провинился — ведро или лопату в руки или вперед. Трагедия начиналась тогда, когда к воротам части подкатывала целая процессия в поисках коварного соблазнителя…
Ну и казаки… а что, казаки не люди? Всем тридцати нету, только отслужили, выехали, многие неженатые… да нешто ль казак своего упустит, чтобы на чужбине — на стороне не урвать. Да и у женатых была своя традиция — они как отъехали, собрались, взяли банку с крышкой, налили туда водки и все туда кольца обручальные свои побросали, а банку запечатали. Чтобы не испортились, значит. Так что когда они к пункту сбора прибыли — женатых там не было. Совсем.
Первый день прошел в привычных заботах и хлопотах. Прибыли под вечер, войсковой старшина нашел командование части, которое уже изволило отходить ко сну, и бесцеремонно разбудил его для представления. Умудрился даже сдать аттестаты на все виды довольствия, чему местный начфин был крайне не рад. Оно и понятно — казаки прибыли одиннадцатого, а если бы он принял у них аттестаты двенадцатого — можно было бы довольствие по всем видам за один день прикарманить. Начфины… они такие, честного днем с огнем не сыщешь. Просто кто-то ворует в меру, а кто-то и без.
Стояли они буквально у самой железнодорожной станции, заняли чистое поле, отгородились контейнерами и боевой техникой, поставив внутри периметра палатки и сборные модули. Стреляли в местном карьере, до ближайшего стрельбища было далече. Технику сняли с платформ, потому что была самая граница — дальше они уже пойдут боевым порядком. О том, что в двадцати километрах отсюда рокош — особо ничего не говорило, если не считать сильного движения по дорогам — беженцы, да повышенных мер безопасности. Цены местные торговцы подняли, кто процентов на десять а кто и вдвое — у кого на что ума и совести хватило. Кому война, а кому…
С утра сдали тест. Пробежать десять километров кроссом с рюкзаком весом тридцать килограммов за плечами, двадцать раз подтянуться и пятьдесят — отжаться. Казаки хоть и молодые были — но некоторые сдали с трудом. Естественно — не без шуток, разжирел мол, на бабских то харчах.
Потом проверка оружия и заодно проверка самих казаков на предмет обращения с ним. Надо сказать, что казаки оружие покупали сами, и обязателен был только "казенный" патрон, во всем остальном — полная свобода, лишь бы стреляло да в цель попадало. Оружие молодому казаку покупали в двадцать лет, в день призыва на действительную военную службу, многие так с ним потом и жили всю жизнь, у стариков в загашниках и федоровки и токаревки хранятся. Оружие для призывных казаков особого значения не имело, брали самое дешевое и прочное — потому то почти у всех были автоматы Калашникова той или иной модели. Выделялся Петр Ткачев с того берега Дона — ему старший брат из Африки прислал автоматическую винтовку Эрма русского заказа с оптическим прицелом, да Мишка Головнин — у него был автомат Коробова с оптическим прицелом. Несколько казаков вместо автоматов — согласно военно-учетной специальности — имели снайперские винтовки. Тут — тоже единообразие, две старые, но ухоженные винтовки Токарева с новомодным ложем с пистолетной рукояткой, да Степка Котов привез с собой старую СВС-115, даже не снайперскую винтовку, а штурмкарабин, считай. По этому поводу даже с офицером цапнулись… но отстрел винтовки все вопросы снял, то ли стрелок хорош, то ли винтовка — но десять из десяти в черный круг с трехсот метров — положил. Еще у некоторых казаков, в том числе и у него, казака первого призыва Тихона Лучкова были ручные пулеметы разных систем, для огневой поддержки мелких подразделений.
Цапнулись несколько раз с офицерами, не без этого. С офицерами всегда напряги, казаки люди вольные, это тебе не действительная, где "разрешите бегом!". Но все конфликты худо-бедно уладили с помощью старшин да наказного, да и до мордобоя нигде не дошло.
Кормили хорошо, полевую кухню уже развернули и питались не сухпаем, а кашей с мясом. По традиции первым пробу снял наказной атаман, выехавший "в мобилизацию" с казаками. Ели наскоро, не так как дома, под крики офицеров — здесь тебе не дом, здесь — армия.
