– Понятия не имею. Не вижу причин, по которым кто-либо мог подтолкнуть этот проект к провалу. Компания делала на него огромные ставки, конфликтов в коллективе не было. Удачный выпуск Armstrong выгоден всем.
Какое-то время мы молчим. Ненадолго отвлекаемся на бутерброды, и даже Айден, по настойчивой просьбе папы, принимается за еду. Мы все погружены в глубокие раздумья. Спустя время, вытерев рот салфеткой, папа вздыхает:
– Ну, в любом случае, еще есть время исправить программу.
– Разве есть какой-то дедлайн? – уточняет Айден.
– Да. Нам удалось запросить новую презентацию, она будет в конце октября. Если успеем все исправить, будет шанс воскресить весь проект и продвинуть его дальше.
– И крыса все еще может быть где-то рядом, – скорее продолжает, чем спрашивает Айден. – Мистер Мэйджерсон, вам стоит увезти скелет в другое место. Туда, где никто не станет искать.
Папа удивленно вскидывает голову.
– О чем ты?
– Если перевезете скелет, но при этом не отмените презентацию и будете к ней готовиться, тому, кто все это затеял, вы спутаете все планы. Начнется стрессовая ситуация, вы растормошите этот змеиный клубок. Этот человек потеряет весь контроль над ситуацией и, скорее всего, проявит себя. Никто ведь не знает, что вы обнаружили те ошибки.
Отец в задумчивости почесывает подбородок.
– Это может сработать. Но у меня нет ни одного подходящего места…
– Мастерская, – тихо произношу я.
На меня устремляются две пары глаз. Не смотря ни на папу, ни на Айдена, я с тяжестью в груди произношу:
– Про нее точно никто не знает. Я позвоню ребятам, они помогут спрятать скелет внутри и… уедут оттуда на всякий случай.
– Ты уверена? – тихо уточняет папа.
Я поднимаю на него взгляд.
– Нет. Вообще нет. Но пока что это единственный вариант, на первое время сойдет.
В глазах отца сияет благодарность и растроганность.
– Мы же одна команда, – я ободряюще улыбаюсь.
И скрываю, что изнутри меня сжигает тревога.
Ближе к утру я просыпаюсь от настойчивой вибрации телефона. Чувствую, как Айден приподнимается на локтях и тянется через меня. Жужжание уведомлений глушится, когда он поднимает смартфон с тумбы. Я готова тут же снова провалиться в сон, нисколько не заботясь о том, что это
– Шелл.
Его голос тих, но тон предельно серьезен и напряжен.
– Что? – неразборчиво бормочу я, повернувшись на бок. – Это будильник? Нам куда-то надо?.. Не помню. Выключи…
Я привычно подбираюсь поближе к Айдену и прислоняюсь к его телу. От тепла и бесконечного комфорта мое желание вставать вовсе уходит в минус.
– Тебе пишет Питер.
Я мгновенно открываю глаза.
– Что? – снова нелепо переспрашиваю я и тут же поворачиваюсь на другой бок, чтобы добраться до телефона.
Айден отдает мне устройство, так и не снятое с блокировки. Я протираю глаза и впиваюсь взглядом в сообщения.
Айден не смотрит на экран телефона, хотя ему стоит всего лишь наклонить голову, чтобы увидеть все сообщения. Передо мной стоит выбор: рассказать телохранителю все, как есть, автоматически включив его в дальнейшие события, или же умолчать, как о том просит Питер. Я пытаюсь сообразить, какое положение могло заставить Пита просить меня приехать одной. И ни один вариант не звучит безобидно.
Помню, как рьяно требовала, чтобы Питер доверял мне, чтобы обращался в случае неприятностей. И вот теперь, когда он действительно просит меня о помощи, я лежу здесь и теряюсь в сомнениях и тревоге не только за самого Питера, но и за себя.
Как друг Питера я должна исполнить его просьбу и поехать одна. Но как хоть немного здравомыслящему человеку мне стоит немедленно обо всем рассказать Айдену.
«Теперь буду влезать в неприятности, уведомляя тебя о каждой из них», – воспоминания о собственных словах отзываются тенью улыбки на моих губах. Тяжело вздохнув, сажусь в кровати и облокачиваюсь спиной об изголовье. Айден внимательно следит за мной, но вместо объяснений я просто передаю ему разблокированный телефон со всеми сообщениями Питера.
Выбор ведь очевиден.
Несколько секунд Айден с мрачным видом читает сообщения. Я тешу себя стыдливой надеждой, что этот мужчина сейчас возьмет и скажет, что нам делать, и мои растерянность и тревога сломаются под весом его надежности. Мне даже стыдно за это ощущение. Но когда под итог Айден выдает всего одну фразу, я криво улыбаюсь.
– Поехали.
– Если тебя заметят, мы можем так и не узнать, что за чертовщина происходит, – со вздохом выдаю я свое главное сомнение.
– Я неплохо сливаюсь с мебелью, помнишь? – Айден поднимает на меня взгляд, и теперь читаю в нем шутливые искорки.
Из-за этих его искорок в моем животе трепетно взмывают поганые бабочки.
