Сев за письменный стол, я достала тетрадь и ручку. Я вспомнила свои ощущения, которые испытывала, изучая отметины Виктории, то трепетное, едва уловимое чувство, возникшее, когда я обнаружила ее предсказание о похищении. Вот только описать его было сложно – какое именно смешение чутья и магии помогло истолковать ту комбинацию.
Несколько часов я просидела за столом, делая записи. Я зачеркивала, исправляла и переписывала заново. Я сверялась с разделом дополнений в конце «Картографии будущего». Я вспоминала запросы, которые Майлс посылал в Министерство будущего, как он безуспешно пытался описать процесс распознавания отметин о похищении. Я также составила список всех предметов, пройденных мной на горе, всех уроков, которые научили меня чему-то важному. Я задумалась, какие еще курсы принесли бы пользу – например, курс для парней, который помог бы им понять, как уважительно обращаться с девушками. Курс подготовки для девушек, которым суждено было пережить похищение, и курс поддержки для вернувшихся после него. И в отличие от обучения в Школе-на-горе эти курсы должны быть доступны девушкам из всех социальных слоев.
Наконец я отложила ручку. Я набросала приблизительный список курсов, которые хотела бы разработать. Часть из них я могла бы преподавать сама, но для некоторых, вроде гендерной теории, потребуется помощь извне. Мне придется обратиться к профессору Рид и попросить ее свести меня со своими знакомыми. Возможно, они смогут прислать какие-то материалы, или мы даже сможем пригласить преподавателя из той северной страны, где в «Картографию будущего» внесли те исправления на тему гендерного самовыражения.
Помимо списка курсов я разработала еще один документ – дополнение для «Картографии будущего», которое описывало, как распознать комбинацию о похищении у носительниц детских отметин. Всего лишь черновик, первая попытка, требовавшая правок от Майлса, но какое-никакое начало. Я озаглавила его «Дополнение X», хоть и знала, что шансов на внесение его в «Картографию будущего» было очень мало.
– Селеста?
Я обернулась и увидела в дверях маму. Она вошла ко мне, и я протянула ей свои записи. Я устала от тайн и скрытности, устала держать все при себе. Я хотела, чтобы она знала все.
Она стояла возле моего стола и читала с отсутствующим выражением лица.
Наконец она подняла взгляд.
– Министерство будущего никогда не опубликует это дополнение.
– Я знаю. Майлс уже обращался к ним с просьбой внести эту информацию в книгу и потерпел неудачу. Но я тут подумала, что, может, нам необязательно идти через официальные каналы. Мы можем напечатать стопку таких дополнений и вкладывать их в экземпляры «Картографии будущего». В книжных магазинах, библиотеках, школах. Подпольным способом знакомить людей с правдой.
Мама покачала головой:
– Слишком рискованно. Будешь носиться по городу и раскладывать везде запрещенное дополнение – тебя точно поймают с поличным. И наказание за несанкционированное изменение официального документа включает в себя тюремное заключение, Селеста.
Я хотела было запротестовать, возразить ей, что нам стоило хотя бы попробовать, но она заговорила снова.
– Если мы собираемся претворить это в жизнь, нам надо подойти к делу с умом, – сказала она. – К счастью, послы умеют работать, не привлекая к себе внимания. – Она умолкла и посмотрела мне в глаза. – Понимаешь меня?
Я уставилась на нее. На мою маму, которой суждено было выйти замуж и завести детей. На мою маму, которой суждено было сделать гораздо больше.
Мы заглянули к Майлсу, и он все еще был у себя: отсыпался после кровоцвета.
– Когда он проснется, я с ним поговорю, – сказала мама. – Я не позволю ему тратить оставшееся время подобным образом. – Она закрыла дверь в его комнату. – Но мы можем начать и без него. Пойдем к Джулии. Вы и вдвоем сможете ввести меня в курс дела.
Мы с мамой приехали в район толкователей. С тех пор как они с Джулией виделись в последний раз, прошло немало времени – это было на том дне открытых дверей у Джулии, когда Майлс все еще познавал свой дар, – но, встретившись снова, они моментально нашли общий язык. Мама долго изучала таблицу на стене в кабинете у Джулии. Она увлеченно, едва ли не одержимо разглядывала ее. Она повторяла результаты исходов, словно заклинание:
– По вашим наблюдениям, положительных становится меньше? – спросила она.
– Мы на это надеемся, – сказала Джулия. – Со временем будет понятно.
У мамы были планы. У нее были связи. Она рассказывала о том, как вести работу втайне, не привлекая внимания Министерства будущего. Если распространять дополнение в нашем округе, на небольшой и вполне конкретной территории, возникнут подозрения. Но если гуманитарные волонтеры приедут сюда, научатся распознавать предсказание о похищении и увезут с собой копии дополнения, отследить эту инициативу будет куда труднее.
