Мы были в разгаре обсуждения, когда к нам заглянула Энджел.
– Там кто-то пришел, – сказала она. – Кто-то из Министерства будущего.
На секунду мне показалось, что ко мне вернулась высокая чувствительность. Я ощутила, как кровь мчится у меня по венам, как часто она ускоряет и замедляет свой бег.
– Мужчина или женщина? – спросила Джулия.
– Женщина, – ответила Энджел. – Судя по униформе, инспектор.
Джулия кивнула:
– Пригласи ее внутрь. Мы через минутку выйдем.
Когда Энджел ушла, мама повернулась ко мне и дотронулась до моей щеки.
– Не волнуйся, – сказала она. – Это хороший знак, раз они прислали всего лишь инспектора. Значит, что они пока не торопятся принимать меры, и это дает нам фору.
– Нам лучше выйти к ней втроем, – сказала Джулия. – Пусть думает, что нам нечего скрывать.
Мы вместе вышли в приемную, где нас ожидала та женщина. Она была одета в темно-синий костюм с красным квадратиком на лацкане и в руках держала планшет со стопкой документов. Джулия пожала ей руку и представила нас друг другу.
– Что привело вас к нам? – спросила Джулия.
Инспектор подняла свой планшет.
– Мне поручено провести проверку этого заведения. Нам сообщили, что молодой человек оказывает здесь услуги толкования, не имея на то лицензии.
– Толкования провожу я, и с моей лицензией все в порядке. – Джулия кивнула в мою сторону. – Селеста помогает мне, это правда, но она работает под моим надзором.
– Проблема не в этом. Тревожит меня то, что к нам поступил ряд заявлений о толкователе мужского пола. – Она заглянула в свои бумаги. – Здесь сказано, что он приходится вам сыном, миссис Мортон, – сказала она маме. Она сделала паузу и бросила взгляд на меня. – А тебе, Селеста, братом.
Джулия обвела рукой приемную.
– На этой неделе я не принимаю. Если вы зайдете в другой день, то, уверяю, обнаружите, что я работаю здесь с Селестой, а не с Майлсом.
Инспектор опустила планшет.
– Проблема в том, что в следующий раз может зайти кто-то другой, а не я. Тот, кто, возможно, копнет чуть глубже.
Долгое время никто не произносил ни слова. Я рассматривала инспектора, то, как она несла на себе бремя того красного значка на лацкане. Она была женщиной. Она была такой же, как Джулия, как мама. Как я.
– Ему сломают жизнь? – тихо спросила я.
Инспектор изобразила удивление:
– Не понимаю, о чем ты.
– Понимаете.
Женщина принялась листать страницы на своем планшете. Как у госслужащей на задании, у нее с собой были документы с результатами моего осмотра и официальным заключением о моих отметинах – то есть все Министерство будущего знало о том, что ожидало меня и, соответственно, Майлса. Дойдя до медицинской выписки из отделения реинтеграции, она прекратила листать и развернула планшет ко мне, и я увидела карту собственного тела. Я смотрела на свои взрослые отметины, в том числе и на комбинацию, предрекавшую моему брату смерть. Мой секрет уже не был секретом.
– У Министерства будущего нет нужды идти на крайние меры. – Она указала на отметины на моем левом боку и взглянула на меня с сочувствием. – Об этом позаботится сама судьба.
Я сглотнула:
– То есть вы не знаете, как или когда он умрет?
Мама положила ладонь мне на плечо.
– Несмотря на то что Министерство будущего намерено помешать работе вашего брата, превращать его в великомученика никто не собирается, – сказала инспектор. – Легальный способ прекратить его деятельность и так найдется. Но на это уйдет время – и еще больше его потребуется, когда я доложу, что за время своего визита сюда не заметила ничего подозрительного.
Инспектор вернулась к первой странице на своем планшете, проставила несколько галочек, сделала пару пометок и расписалась в самом низу.
– Вот и все. – Она сунула ручку в карман. – Проверка завершена.
Я настороженно взглянула на нее.
– Что вы написали?
– Что я совершила визит в заведение, где работает толковательница. Что молодого человека в данном заведении я не обнаружила, только толковательницу с действующей лицензией и ее помощницу. Что для тревоги и подозрений поводов нет.
Она склонилась ко мне. Так близко, что я разглядела морщинки, которые уже начали закладываться вокруг ее глаз.
– Если вы будете действовать, не вызывая лишних подозрений, то до следующего визита проверяющего пройдет еще много месяцев. Если в последующий визит что-то будет не так, то все закончится очень быстро. Майлса поставят перед выбором: он сдастся для ареста или это заведение закроют. У Джулии отзовут лицензию.
– Он не даст им закрыть это место, – сказала я. – Я знаю, что не даст.
– Тогда его арестуют.
– На сколько?
– Сложно сказать. Вероятно, надолго. Советую вам использовать оставшееся время в свою пользу. И действовать с осторожностью.
– Спасибо, – сказала Джулия. – Мы благодарны вам за понимание и содействие.
