Это было так по-детски весело: пробираться по аванпосту, едва касаясь пола мысочками, заглядывать за углы и произносить «Всё чисто», не обнаружив слуг или охранников. Ещё веселее стало, когда они, зайдя на кухню, обнаружили Миртл в ночной рубашке, стремительно уничтожающую запасы убежища.
— Кто здесь? — спросила старушка, оглядываясь в полумраке.
— Миртл, — Делия давно не смеялась так искренне, — Я тебя обожаю. Что ты тут делаешь?
— Корделия, ну зачем же так пугать?! — она, наконец, разглядела вошедших.
— Ты не боишься попасться? Скоро все потихоньку начнут вставать.
— Именно поэтому вы пришли сюда? Этот индюк Николя посмел высказаться, что у меня хороший аппетит. Вроде как хотел сделать комплимент, но ты же знаешь этих мужчин, язык, как помело. Теперь вот прикидываюсь балериной, которая воздухом питается.
Корделия едва ли за живот не держалась, смеясь в плечо Эйдена, который сам прикрывал рот рукой.
— Уверена, он не хотел тебя обидеть, не будь так строга, — Корделия подошла к огромным шкафам с едой. В ней проснулся какой-то волчий голод. Хорошо, что в темноте её собеседники не замечали, насколько бледной она была. Все трое услышали шум на втором этаже и тихое шевеление на первом. Троица замолкла на пару минут, каждый думал о чём-то своём. Девушка попросила тётушку и Эйдена уходить, пообещав, что догонит их позже.
Корделия искала хоть что-то сладкое. Она не особо обращала внимание на головокружение, когда оно началось, ведь иногда у неё падало давление при сильном стрессе, но сейчас Делия понимала, что это из-за пореза. Сделка с Папой Легба сразу показалась ей слишком невероятной. Серьёзно, не мог же он отпустить её спокойно после глотка крови. Верховная поняла, что не просто так истекает кровью, но до сих пор не знала, что с ней происходит ночью.
Вдруг резко стало светло, и сонный Майкл увидел ведьму, за обе щёки блаженно уплетающую яблоко.
— Я уж думал, что крысы выжили, — всё, что смог вымолвить Антихрист, не до конца проснувшись. Его разбудил хлопок двери, когда они со своим наркошей помчались нарушать правила.
Корделия понятия не имела, что он сейчас будет делать, как ей реагировать и что сказать. Пусть Майкл и напоминал ей мальчишку иногда, в его силе она не сомневалась и старалась хоть немного делать вид, что признаёт его авторитет.
— Хочешь? — Делия протянула ему яблоко, решив, что бежать уже смысла нет.
Антихрист немного растерялся, удивляясь, насколько невинное лицо состроила ведьма, и принял угощение. Надкусив фрукт, он собрался с мыслями и строго заговорил.
— Ну и как мисс Верховная будет оправдываться за злостное нарушение порядка?
Он подошёл ближе, она инстинктивно шагнула назад. Почему-то заспанный, в расстёгнутой белой рубашке и широких брюках, без своих показушных красных теней, он пугал её куда больше, чем в официальном костюме. Возможно, потому что она видела проступающие мышцы на сильных руках, кубики пресса и чувствовала резковатый запах миндаля.
— Я просто хотела поесть, мистер Антихрист. Обещаю, такого больше не повториться, — холодно прошептала девушка и развернулась, идя к выходу, но резко пошатнулась и вцепилась руками в стол. Майкл тут же подлетел к ней, но Корделия поспешила пойти дальше, скидывая его руки со своих плеч. Как только она чуть отошла от стола, тут же схватилась за его предплечье. В глазах темнело, нужно было отдышаться, чтобы не потерять сознание. Испугавшийся мужчина подхватил её на руки и понёс в свою комнату. В таком состоянии она точно не отвертится от собеседования. Немного эгоистично с его стороны, но нельзя упускать возможность понаблюдать за такой спокойной из-за чудовищной слабости Верховной. Майкл заволновался. Он видел проступающую из-под шёлковой ночнушки кровь уже не один раз и никак не понимал, почему Корделия постоянно прикрывает рукой левую ключицу, а главное, не останавливает кровотечение.
— Отпусти, — изо всех сил поднимая руку и толкая ею в грудь Антихриста, пролепетала ведьма. Она ненавидела быть беспомощной и чертовски боялась, что кто-то может воспользоваться таким состоянием, — отпусти, Майкл, — было бы неплохо просто отрубиться сейчас, но Делия всё балансировала на грани.
— Нет, теперь ты уж наверняка никуда не сбежишь и поговоришь со мной, наконец. Каково это, Корделия, быть такой беззащитной? — он не отвлекался от дороги, но мельком поднял на неё взгляд с дьявольской усмешкой. Ведьма была такой лёгкой и горячей, что Майкл поймал себя на мысли, что не против таскать её на ручках хоть каждый день. Была бы она ещё и послушной, не пыталась бы его уничтожить… Но хорошего понемножку, как говорится.
— Лэнгдон, ты невыносим, — зная, что у него проблемы с контролем гнева, она решила не спорить с ним, вдруг кинет её куда-нибудь со злости, и положила голову на его плечо.
— Знаю, милая.
Майкл по пути стукнул ногой в дверь в комнату слуг и приказал принести в его покои горячий сладкий чай.
— Ну скоро там? — подала голосок девушка, чувствуя, что позорно уснёт, если ещё немного пробудет в тепле его рук.
