— Мой друг? — в тон ему ответила Делия, — он хороший, ему просто нужно…
— Постоянно помогать?
— Может и так, молчи и слушай.
— Да Вас, мисс Верховная, послушать, так я остался здесь единственным плохим человеком, — он говорил с печальной улыбкой. Ему казалось, что она просто из вредности возвышает всех вокруг, чтобы в очередной раз ткнуть его носом в его же грехи.
— Тебе станет легче, если я скажу, что не считаю хорошим, например, Дарена? — взгляд невольно упал на запястья, и она поёжилась, сильнее кутаясь в покрывало. Ей до сих пор было противно вспоминать ту ночь, вспоминать, как она бежала в душ плеваться и чистить зубы после губ актёра.
— О, что я слышу. Ты не настолько беспросветная дура и ещё можешь адекватно оценить кого-то. Интересно. Что же такого сделал мистер Кинг, что такой ангелочек, как Верховная, на него обижен?
— Он просто излишне высокомерен и самодоволен. Напоминает кого-то, знаешь, — разумеется, она не расскажет, что с ней произошло. Но он больше не будет спрашивать, Дарен ещё попадётся ему.
— Значит, мисс Гуд не любит актёров?
— Антихристов, кстати, тоже, поэтому давай побыстрее закончим.
— Я не умею быстро заканчивать, дорогая, — он чуть наклонился в её сторону. Девушка цокнула и закатила глаза. Детский сад. — Что насчёт Флойда и Белинды? Только не говори, что простила их, и они просто погорячились.
— Ну в целом, они никому ничего не сделали…
— Ты безнадёжна, — тяжёлый вздох.
— Майкл, нельзя жить мыслью о мести. Ничего не изменилось бы, если бы Флойд убил меня. Ему не стало бы легче. Мне не стало бы легче, убей я его. Они не разобрались в ситуации, вот и всё. Мы поговорили, никто ни на кого не держит зла, ну или почти, неважно. Ни Флойд, ни Белинда меня не трогают, и это главное. Почему я должна их ненавидеть? Я прекрасно его понимаю. По твоей логике, я должна изо всех сил пытаться тебя убить, каждую ночь с ножом над тобой стоять, ты ведь причинил мне намного больше вреда и собираешься меня убить, предлагаешь так себя вести? — то, что он видел во всех вокруг аккурат то, что есть в нём самом, но в себе этого ни за что не признавал, заставляло снова смотреть на него, как на мальчишку. Её порядком выматывал этот диалог. К тому же, вата под ключицей пропиталась кровью, а рана начала неприятно покалывать. Антихрист увидел это, потому что во время разговора покрывало слетело эмоциональной Делии на колени. Мужчина присел на корточки рядом с её креслом, отвлекаясь от их беседы. Он осторожно спустил с её плеч халат, чуть сдвинул ночнушку и начал что-то нашёптывать. Майкл вообще сегодня был удивительно заботливым, чем порядком смущал непривыкшую к такому ведьму.
— Я уже пробовала, Майкл, это бесполезно, — они смотрели, как затянувшаяся рана вновь расходится.
— Откуда этот порез вообще взялся? — он всё продолжал пытаться залечить его, но результата не было. Даже Антихрист не мог справиться с этой магией.
— Ну, это была сделка с Папой Легба. Он потребовал моей крови, чтобы я смогла поговорить с Хэнком, — девушка потупила взгляд. Лэнгдон поднял на неё голову, смотря так, будто она нашкодивший ребёнок.
— Вот скажи мне, ты больная? Вроде сильная, опытная, умная, в конце концов, ведьма, а до сих пор не поняла, что нельзя заключать сделки с духами. Кровь Верховной, чтоб ты знала — наркотик для тёмных существ. Идиотка! Думаешь, я тебя убью? Да они тебя в Ад утащат раньше, чем я! — Майкл знал, что кровь Корделии наверняка прекрасна на вкус и может добавить ему сил, но всячески останавливал себя. Он осознавал, что если хоть один укус оставит на ней, раны не заживут. И этот порез тоже. Там, куда он спускается на регулярной основе, много желающих испробовать этот запретный плод.
— Да кто они, чёрт возьми?! И не ори на меня! — она ощущала себя действительно провинившейся малышкой и никак не могла позволить этому напыщенному подростку отчитывать её.
— Не важно. Чтобы по ночам из комнаты не выходила. И вообще, одна старайся не оставаться теперь. Коль надумаешь ещё раз погулять по преисподней — застрелись, — он встал, ища аптечку, которая на всякий случай всегда была в его покоях. Взяв новую вату и пластыри, мужчина направился обратно к ведьме.
— Да что ты так взъелся, Лэнгдон? Что-то я раньше не замечала за тобой такого волнения, — Корделия дёрнулась, когда парень промокнул кровь ваткой. Он подул. Всё это никак не было похоже на заклятых врагов, что чрезвычайно бесило обоих. Хотелось разорвать друг друга, лишь бы показать, что никто не собирается прекращать борьбу.
