и лихие покатушки
— Кстати, детка, можешь не тратиться мне на подарок. Единственное, о чем я мечтаю... — объявил Пол во вторник, устроившись напротив меня в «Закусоне» после обеденного аншлага.
До Рождества оставалось два дня, и от клиентов не было отбоя.
— Даже не начинай! — Я перегнулась через стол и зажала ему рот ладонью. — Серьезно, Пол, мой перерыв заканчивается через две минуты, и у меня нет ни малейшего желания тратить их на ссоры.
Он развел руками:
— А кто ссорится?
— Мы, — огрызнулась я, убирая ладонь. — Ты точно нарвешься, если будешь и дальше разводить меня на секс.
— Ифа, ну перестань. — Пол смотрел на меня в упор, в карих глазах читалось едва сдерживаемое отчаяние. — Мы встречаемся целую вечность.
— Три года — не вечность, а капля в море, — парировала я, делая глоток кофе.
— В феврале будет четыре, — возразил Пол.
— Вычти из этих четырех лет все те разы, когда мы расставались, и получится два, — моментально нашлась я.
— Ифа! — рявкнул Пол, схватив меня за руку. — Прекращай. Я честно терпел, не настаивал, ждал.
— И кое с кем спал, правда? — не вытерпела я. Похоже, Пол забыл, как развлекался в наш очередной разрыв.
— Ты опять за свое? — сердито фыркнул Пол. — Это было два года назад. Мы расстались, и ты вроде бы меня простила. По факту я тебе не изменял.
— Безусловно. Мы поссорились, а через два часа ты уже совал свой член в эту темноволосую шлюху из Томмена, — процедила я. — Как там ее звали? Элла?
— Белла. — Полу хватило ума опустить голову. — Белла Уилкинсон. Сколько раз повторять: она для меня ничего не значила. Я был пьяный и расстроенный. Не каждый день тебя бросает девушка.
— Насколько мне известно, желание побыть одной после того, как твой парень прилюдно обозвал тебя шлюхой, — ни разу не повод напиваться и трахать первую попавшуюся телку. Хотя что я понимаю в мужской логике.
— Тебе не надоело делать из мухи слона? — возмутился Пол. — Это было по пьяни. Просто секс без обязательств, клянусь.
— Ладно, ты меня убедил. Но раз уж мы на одной волне, пора бы тебе понять, что для меня секс — это серьезно.
— Да ну? А по-моему, в мире Ифы Моллой секс — как единорог. Все слышали, но никто не видел. Оральный — пожалуйста, а обычный — ни-ни.
Я закатила глаза:
— Будешь продолжать в том же духе, и тебе вообще никогда не обломится.
— Ну и как предлагаешь тебя уламывать? — не скрывая ехидства, проворчал Пол. — Через гребаное кольцо?
Я уже открыла рот, чтобы высказать все, что думаю, но тут Гарри, мой босс, демонстративно постучал по циферблату часов.
— Мне надо работать. Будем считать, тема закрыта, — сообщила я, поднимаясь из-за стола, чтобы приколоть к поясу фартук. — Вернемся к ней, когда я буду готова. Как только это случится, ты узнаешь первым.
— Все из-за него, да? — Пол схватил меня за запястье и притянул обратно. — Никак не выбросишь его из головы? — Он презрительно сощурился. — Только ему не до тебя, Ифа. Он у нас перетрахал половину...
— Дело не в нем, Пол. Просто я не готова. — Я резко высвободилась. — А сейчас извини, у меня работа.
— Вперед и с песней, — отмахнулся Пол. — Ты же любишь, когда на тебя пускают слюни.
— Гарри, прости. — Забив на рассерженного придурка у себя за спиной, я поспешила к стойке. — Совсем потеряла счет времени.
— Ничего страшного, милая, — заверил меня старик. — Народ потихоньку стекается во второй зал, работы будет навалом. Ты у нас заведуешь едой и посудой. Ни в коем случае не бери заказы на спиртное. — Гарри покосился на моего бойфренда. — Не хватало, чтобы маленькая птичка нащебетала своему папаше, что семнадцатилетняя подружка его драгоценного сыночка разносит алкоголь.
— Не волнуйся, Гарри, у меня комар носа не подточит. — Я похлопала его по плечу и подмигнула. — Чем меньше знает сынок копа, тем крепче спит.
— Умница, Ифа. — У старика отлегло от сердца, на морщинистом лице заиграла улыбка. — Продолжай в том же духе.
С блокнотом и ручкой я направилась во второй зал, где меня облепили изнемогающие от голода и жажды посетители.
Улыбнувшись про себя, я расправила плечи и, выпятив грудь, шагнула к столику, занятому шумной компанией:
— Добрый день, господа. Определились с выбором?
О да, сегодня мне светят баснословные чаевые.
Мне пришлось задержаться еще на несколько часов после смены — поток желающих отметить Рождество не иссякал. Вместо шести вечера освободиться удалось после девяти. Из паба я направилась прямиком к отцу в надежде, что он подбросит меня до дома.
Однако меня ждал неприятный сюрприз в виде темной СТО.
— Проклятье! — С досады я пнула металлическую дверь. — Что за непруха!
Глухо застонав, я прижалась лбом к прохладной створке и прикинула в уме варианты.
После одиннадцатичасовой смены топать пешком на высоченных каблуках?
Сразу отпадает.
Позвонить отцу и выслушать: «Доедешь сама, машина есть»?
Нет, не катит.
Пальцы нащупали ключ от машины в кармане пальто, но при одной мысли, что придется сесть за руль, у меня подкосились ноги.
Ненавижу водить!
Весь процесс просто вымораживал.
