Конечно, такая беседа могла завершиться ничем: поговорили, на прощание пожали руки, и офицер вернулся в свою часть. Но если кандидат определенно оказывался подходящим, его могли пригласить в СпН прямо во время беседы:
— Товарищ лейтенант, вы нам подхóдите. Условия такие: каждый год службы засчитываем за полтора, платим в полтора раза больше, добавляем за каждый прыжок и за каждый день вне основного расположения части, старлея присваиваем не через три года, а через два, и капитана — через два, майора — не через четыре года, а через два с половиной. Будете хорошо служить — станете получать звания досрочно, то есть еще быстрее. Правда, за все надо платить. Служба у нас суровая.
Офицер, которого перевели в СпН «со стороны», обычно не проходил никакого дополнительного курса обучения. Он получал под командование взвод и постигал премудрости диверсионного дела вместе со своими подчиненными.
Вот типичный случай. Лейтенант Женька Фёдоров окончил Киевское высшее общевойсковое командное училище имени Фрунзе (опять этот Фрунзе!) на два года позже меня. Женька — разведчик, но разведчик войсковой, а не специальный. Столкнулись мы однажды в коридоре штаба Приволжского военного округа. Я спешу из разведывательного отдела в оперативный, а он — в Управление кадров. Обнялись. И тут же: что? Как? Где? Когда? А куда Коля попал? А Толян где?
О себе он доложил, что, видимо, отправят его в 213-ю учебную мотострелковую дивизию. Попасть в учебную дивизию сразу после училища — это вертикальный взлет.
А я ему: бывает взлет и круче этого. Ты говорю, попросись в десантуру.
Он отвечает, что вроде нет никаких десантных дивизий в Приволжском военном округе.
Точно, говорю, нет тут таких дивизий.
А что есть? Полк? Батальон? Ни полка, ни батальона? Всего одна рота? Ой, не смеши!
Я — ему: рота одна, да не всех в ту роту берут.
Одним словом, на беседе в Управлении кадров он невзначай бросил: эх, пошел бы я в десантные войска! Жаль, нет в нашем округе частей ВДВ. А подполковник-кадровик ему мягко возражает: мол, вообще-то есть тут такие, только не каждого туда берут.
Женьку взяли.
Занятия по огневой подготовке, по физической, по топографии он сам со взводом вел. И тактику — сам. Но каждое занятие по тактике готовил вместе с ротным командиром. Ротный ему вечером все растолкует, знания проверит, на ошибки укажет. А парашютную премудрость взводу преподавал заместитель командира роты по ПДС. Лейтенант Женька становился в строй вместе со своими бойцами, вместе с ними учился.
Некоторые занятия вел заместитель командира взвода старший сержант Чернодымов. На то он и заместитель, чтобы командира замещать. Старший сержант через учебку прошел, через 629-й отдельный учебный батальон СпН. И вот лейтенант в строю стоит, а старший сержант объясняет, что надо делать в такой ситуации, а что в такой.
Методика была стандартной: рассказ, показ, тренировка. Рассказ короткий, показ обстоятельный, а тренировка — до упаду, до полной отключки.
Молодому офицеру, у которого нет за плечами спецфакультета Рязанского высшего воздушно-десантного командного училища, не зазорно учиться вместе с новобранцами. Да и никому никогда учиться не поздно и не зазорно.
Командир взвода учится у своего заместителя, но взвод знает, кто тут старший, кто в стае вожак, единственный и беспрекословный. Да, есть вопросы, на которые взводный командир еще не может ответить, есть оружие, которым он еще не владеет. Но все двадцать километров кросса по пересеченной местности командир тянет свой взвод за собой. И на стрельбище командир стреляет первым без риска опозориться.
Совсем скоро молодой командир совершит свой первый прыжок с парашютом. Ему дадут возможность напрыгаться вдоволь, набирая опыт и счет прыжкам. Командир роты и другие офицеры помогут ему усвоить то, чего он до этого не знал. Ночью он будет постигать совершенно секретные инструкции и уже через месяц сможет состязаться с любым из своих сержантов в знании разных диверсионных премудростей.
Пройдет некоторое время, и начальник разведки Приволжского военного округа как бы невзначай поинтересуется у ротного командира, как успевает новый офицер. И получит в ответ одно слово: «Вписался».
А еще через некоторое время этот офицер овладеет тем минимумом знаний и навыков, которые нужны командиру для управления двумя десятками головорезов при выполнении настоящего боевого задания. Теперь уже он сам будет учить не только своих солдат, но и своих сержантов, с гордостью отдавая команду:
«Делай, как я!»
Человек атлетического телосложения — лишь один из встречавшихся в частях СпН типов офицеров. Были и офицеры другого типа, совершенно не похожие на спортсменов-разрядников, но, тем не менее, отличавшиеся сильным характером. Офицеров этого типа можно было назвать «интеллигенцией» частей СпН; им приходилось гораздо больше работать головой, чем руками и ногами.
