Найдя еще дневников в количестве чуть больше пяти штук, носивших подобные названия тому, что читала Этна, Калисто сгрудила их на подоконник и, не сказав больше ни слова, также тихо покинула читальню.
Чтение неизвестного ей целителя вновь увлекло за собой молодую целительницу. Читая написанные строки она будто сама оказывалась при Дворе на испытании. Разве что в ее голове еще пытался формироваться интерьер самого Двора.
«Второй день был не таким напряженным. После вчерашнего испытания нас проводили в наши общие покои и подали ужин. Второе испытание было менее сложным: нужно было всего лишь избавить королей от головной боли. Я сразу понял, что здесь что-то неладное…
На этот раз испытание проходило во вторых личных покоях королей (как я понял позже, вторые покои были менее роскошными и имели тайный проход в стене с первыми, чтобы в случае чего можно было неотложно принять кого-нибудь, будучи в ночной сорочке). Король Эдмунд был тем самым юношей с красивым ликом и нескладным телосложением, которое компенсировалось его остроумием. Когда я вошел в его покои, он беспокойно, но в тоже самое время будто стесненно и неповоротливо, ходил по своей спальне, хмуря гладковыбритое лицо.
— Ваше величество, — я поклонился, а молодой король замер, в мгновение ока перестав хмуриться, возвращая лицу спокойное выражение, будто его не мучила головная боль.
— Приступай, — просто сказал он, опускаясь в большое с мягкой обивкой кресло.
— Как давно у Вас болит голова, Ваше величество? Мне нужно знать, чем вызваны боли.
— Это ты должен мне об этом поведать, целитель, — он покачал головой, усмехаясь. — С вчерашнего вечера начались слабые боли. Сегодня усилились. Я прекрасно знал, что буду принимать участие в испытании, но не думал, что это будет настолько неприятно.
Эти слова натолкнули меня на мысль о том, что головная боль вызвана намеренно, но вызвали ее не вчера вечером. Сразу вызвать головную боль можно только большим количеством лекарственного растения, но это может повлечь за собой отравление с неприятным исходом. Значит короля травили, но делать это начали за несколько дней до самого испытания, чтобы к этому моменту он начал ощущать боль.
— Вашу еду кто-то пробует перед тем, как Вы начинаете прием пищи?
Он задумался, не сразу ответив, нахмурив брови, кажется, начав понимать, к чему я клоню:
— Да, но три дня назад это перестали делать, и я только сейчас это осознал. Хотите сказать, что меня намеренно чем-то пичкали?
— Могу только предположить. Пахла ли еда и питье чем-то странным?
