Желая увидеть то, что обнаружит она, я побежала. А когда приблизилась к месту, где все случилось, к тому самому, от которого отъехала синяя «Киа», пока я, покинув свое тело, бежала к оврагу, меня охватила паника. Следы крови, которые были заметны, пока животные раздирали мое тело, исчезли. А некогда лежавшие на каменистой почве кости теперь покрывал тонкий слой сосновых иголок. Среди разбросанных грязных останков росли сорняки. Часть моей грудной клетки торчала из сосновых зарослей, а тускло-серый череп казался необычайно гладким камнем, – островком среди сосновых иголок и мусора.
Если не знать,
Я ждала, когда она снова развернется. Пойдет к своей машине и доложит, что нашла обувь. Вместо этого она двинулась в мою сторону, вглядываясь в заросли полыни, а в какой-то момент опустилась на колени возле большой сосны, чтобы изучить редкую группу растущих в тени грибов.
– Меган, ты здесь? – спросила она так тихо, что я решила, мне показалось.
На меня словно вылили ведро ледяной воды. Она не смотрела на меня. Или на мои останки. На самом деле она смотрела в противоположном направлении, в сторону оврага, который спускался к высохшему руслу ручья.
Но это не имело значения. Она искала меня. Думала, что кед может быть моим. Кто-то знал, что случилось что-то плохое. А значит, впервые я была не одна.
– Я здесь! – закричала я. Затем встала на колени рядом с лежащими в пыли черепом и грудной клеткой, как будто могла выкопать их или показать, где искать.
Детектив присела на корточки и медленно повернулась, пригнув голову, чтобы рассмотреть небольшой участок под другим углом.
Когда ее взгляд прошелся по жалкой груде моих костей, я снова закричала:
– Пожалуйста, посмотрите на меня!
Офицер перестала разглядывать местность и встала. Прищурилась, а затем целенаправленно пошла к тому месту, где я лежала на собственных костях.
Я видела, как на ее лице проступает узнавание и решительность, которые стали лишь заметнее, когда она наклонилась ближе к моему черепу.
Они просидели в кабинке в задней части уютного паба до одиннадцати, как раз до самого закрытия.
К тому времени ее глаза остекленели. Заявив, что в помещении слишком жарко, она начала возиться со своей одеждой, а затем допила бокал красного вина, в который
– Отвезти тебя домой? Или хочешь поехать ко мне, чтобы протрезветь? – спросил
– Я возьму такси, – слегка бессвязно ответила Меган.
Он удивленно посмотрел на нее.
– Так, ладно, я точно помогу тебе добраться до дома. Ты что, не слушаешь криминальные подкасты? Если ты выпила, никогда не садись в машину к незнакомцу.
– Нет, – твердо сказала я ей на ухо. – Нет.
Меган удивленно посмотрела на него, и
– Уверен, ничего не случится. Просто я хочу провести с тобой еще несколько минут, а бар уже закрывается. –
Меган заглотила наживку и улыбнулась в ответ, ее лицо засияло от этого комплимента. Она коснулась шарфа, который был обернут вокруг ее шеи, и наклонилась к
– Хорошо, но не мог бы ты отвезти меня домой? Думаю, мне нужно поспать, потому что я чувствую себя очень пьяной.
Основываясь на опыте предыдущих свиданий, я поняла, что для меня Меган потеряна. Она приняла решение пойти с
Когда они покинули бар, намереваясь направиться в сторону парковки, Меган положила голову
– Неужели сейчас только одиннадцать? Потому что мне кажется, уже глубокая ночь. Наверное, я старею.
Официантка улыбнулась
– Не переживайте, я тоже устала. Хорошей вам ночи.
Я попыталась достучаться и до официантки.
– Все не так, как кажется, – прокричала я ей на ухо, а затем последовала за ними.
Оглянувшись, я увидела, что официантка смотрит на нас через стеклянную дверь. Затем она повернулась и продолжила протирать столы.
Дойдя до машины, Меган пробормотала что-то про телефон. Когда она расстегнула молнию и открыла сумку, телефон выпал вместе с баночкой мятных конфет. Аппарат с тихим стуком упал на землю возле машины, но она это не заметила.
– Тебе ведь нужен мой адрес, да? – пробормотала Меган. – Боже, как же я устала.
– Не переживай, я знаю его, ты ведь отправила его сообщением как раз, когда мы уходили из бара, – успокоил
Перелезая через Меган и забираясь на заднее сиденье, я почувствовала оцепенение и тоску.