Поп что-то прочитал над вампиром, и его тут же назад закопали. На могилу наваливали камни, брёвна и всякие колючки, в основном боярышник.
Только в сумерки зарожане вернулись по домам, радуясь, что нашли вампира Савву и так с ним расправились. Конечно, бабочку упустили, ну да ладно. Взрослым людям она навредить не может.
Давно не бывало в Зарожье такого ликования, такого празднества, как в ту пятницу, на Павлов день, когда голодные и уставшие зарожане вместе со своим старостой и попом вернулись из Кривого оврага, и на следующий день, в субботу.
Староста пригласил всех к себе праздновать. Пили, ели и пели. Выпили за упокой всех мельников, погибших на зарожской мельнице. Выпили за здоровье попа, старосты, Страхини и всего Зарожья. При каждой здравице стреляли в воздух.
Ужин давно закончился. Ночь уже. Гости веселятся перед домом. Светло в лунном свете как днём, хорошо так сидеть. Некоторые хотели уже идти. Пурко их уговаривает:
– Останьтесь, люди!.. Сядьте, Мирко, Чебо! Давайте ещё по одной! Завтра воскресенье. Работы нет. Давай, поп, скажи здравицу!
– Можно, можно… – пробормотал поп, взял стакан, поднялся и вроде даже хотел что-то сказать, но просто выпил и сел обратно.
Поп в Зарожье не очень-то был языкастый, а если окажется где на празднике, у него прямо язык немеет, и ничего не может сказать, только: «Можно, можно».
– Давай ты, дядя Мирко! – предлагает Пурко. – Вместо попа. Скажи здравицу!
– Ну, за здоровье нашего Страхини! – начал дядя Мирко, подняв стакан. – За него самого, за хозяйку его…
– Ух, дядя Мирко!.. Не дури!.. Нет у него ещё хозяйки!.. – захохотали все гости.
– А, да, точно! – сказал Мирко. – Видите, напутал я маленько!.. Ну нет, так будет! – оборвал себя дядя Мирко, ему было неловко, что он так всё перепутал.
– Да!.. Точно!.. Нет – так будет! – закричали все.
– Странно мне только, – начал Пурко как бы между прочим, – что этот чокнутый Живан не отдает за него дочку!
– Это тот, что из Овчины? – спросил дядя Мирко.
– Он самый… Раз они любят друг друга, – продолжал Пурко, – почему бы не пожениться?
– Брось, Пурко! – сказал Страхиня и махнул рукой.
– Что «брось»? – продолжает Пурко и всё больше горячится. – Здесь, в Зарожье, всякий бы за тебя отдал дочь ли, племянницу, правда, братцы?
– Конечно!.. Страхиня хороший парень!.. Страхиня наш человек! – закричали все.
– А этот дурень Живан о нём и слышать не хочет!.. Вот человек от горя и ушёл из дома, хочет пойти по белу свету.
– Ты что, с ума сошёл! – так и подскочил Чебо и повернулся к Страхине. – Если девушка тебя любит, так собери людей и уведи её!
– Да брось, Чебо, – говорит Страхиня. – Я бы не хотел…
– Чего бы ты не хотел? – Срджан тоже подскочил. – Вот мы и пойдём с тобой!
– Ей-богу, пойдём! – согласился Чебо. – Я первый и пойду. Кто со мной?
– Я пойду! – крикнул Джилас.
– И я!.. И я! – закричали многие, даже дядя Мирко.
– Ну если ты пойдёшь, дядя Мирко, то и я пойду! – сказал Пурко.
– Погодите, люди! Пурко! Чебо!.. – утихомиривает их Страхиня. – Подождите, давайте всё обдумаем! Решим, когда пойдём!..
– Прямо сейчас и пойдём… Да!.. Сейчас!.. – кричат в толпе.
– Грешно это… – говорит Страхиня.
– Ничего подобного! – перебил его Чебо, не дав говорить. – Вот и поп здесь, давай у него спросим.
– Поп, скажи, грешно ли похитить девушку?.. – спросил Пурко.
– Можно, можно, – отвечает поп, а сам только ресницами хлопает.
– Если парень хороший, порядочный?.. – спрашивает дядя Мирко.
– Можно, можно.
– Если и девушка его любит?.. – продолжает Пурко.
– Можно, можно, – отвечает поп то одному, то другому.
– Ну раз можно, то пойдёмте, братцы! – крикнул Чебо. – Давай, Страхиня!..
Страхиня кинулся их успокаивать. Просил бросить это дело, не волновать народ; говорил, что скорее уйдёт, чем, не дай-то бог, кровь из-за него прольётся. Куда там, всё напрасно! Если зарожане что задумали, как их отговоришь!
И вот вызвались идти Чебо, Срджан, Джилас, дядя Мирко, староста Пурко и ещё два-три разбитных молодца. Взяли и оружие – пусть будет на всякий случай. Страхине ничего не оставалось, пошёл и он с ними.
Староста обратился к оставшимся гостям:
– Вы, братцы, оставайтесь, ешьте и пейте вволю!
– Хорошо, Пурко, хорошо!.. Спасибо! – закричали они.
– Бог даст, – продолжает Пурко, – к первым петухам мы уже вернёмся с невестой!
– Удачи вам!.. Бог в помощь!.. – хором ответили гости.
– И будьте готовы, братцы, если дойдёт до потасовки, помочь нам!.. Счастливо, братцы! – закончил Пурко.
– Поможем, брат!.. Не волнуйся!.. Счастливо! – кричали ему вслед гости.
– Можно, можно! – слышался в общем хоре голос попа.
На том староста и отправился в путь со своей дружиной.
Они быстро добрались в Овчину, к дому Живана. Там остановились договориться, что и как дальше делать.
Договорились быстро. Страхиня и Чебо перескочили через забор, потихоньку отодвинули здоровый камень, подпиравший ворота, и открыли их настежь. Пурко, дядя Мирко и другие остались у ворот. Страхиня и Чебо подкрались поближе к ваяту, бывшему на приличном расстоянии от дома, и остановились там.
– Ты уверен, что она действительно там? – спросил Чебо шёпотом.
