Адмиралу Нагумо предстояло сделать нелегкий выбор. Атака оперативного соединения противника пикирующими бомбардировщиками могла привести к большим потерям из-за отсутствия истребительного сопровождения. Возникал также вопрос, стоит ли использовать бомбардировщики- торпедоносцы, уже выстроенные на полетных палубах «Акаги» и «Кага», но имевшие не торпеды, а 800-килограммовые бомбы. Конечно, при удачных попаданиях эти бомбы могут причинить серьезные повреждения, хотя они и менее эффективны, чем торпеды, но торпедоносцы еще больше, чем пикирующие бомбардировщики, нуждаются в сопровождении истребителей. Чтобы атака была успешной, торпедоносцы должны точно выдерживать курс и высоту, но это делает их крайне уязвимыми, и без прикрытия они станут легкой добычей быстрых и маневренных истребителей противника.
Возвращение самолетов Томонага заставляло Нагумо торопиться с принятием окончательного решения. Некоторые самолеты имели значительные повреждения, а у истребителей был на исходе бензин, поэтому медлить с их приемом было нельзя. Следовало как можно скорее очистить палубы авианосцев для приема самолетов первой волны. Но как это сделать? Послать ли пикирующие бомбардировщики и торпедоносцы в атаку без истребительного прикрытия или убрать самолеты вниз и тем самым на некоторое время отложить атаку?
В это время командир 2-й дивизии авианосцев контр- адмирал Ямагути доложил адмиралу Нагумо свое мнение относительно последующих действий. Находясь на своем флагмане «Хирю», он внимательно следил за донесениями разведывательного самолета с «Тонэ», и нерешительность адмирала Нагумо в момент, когда необходимо было немедленно отдать приказ об атаке оперативного соединения противника, казалась ему крайне опасной. Поэтому через эскадренный миноносец «Новаки» он передал в адрес Нагумо следующий флажный сигнал: «Считаю целесообразным немедленно поднять в воздух ударную группу».
Однако адмирал Нагумо не решался послать ударную группу без истребительного прикрытия. Гибель американских бомбардировщиков, атаковавших его корабли полтора часа назад и не имевших сопровождения истребителей, служила ему наглядным примером. Самое разумное, думал Нагумо, сначала принять самолеты, возвратившиеся после налета на о. Мидуэй, и истребители второй волны, которые обеспечивали воздушное прикрытие, затем перестроиться, одновременно отходя к северу, чтобы избежать новых атак с воздуха и, наконец, когда все приготовления будут закончены, уничтожить оперативное соединение противника, бросив на него все силы.
Рассуждения Нагумо были логичны. Численно его соединение, по-видимому, значительно превосходило соединение противника. Поэтому ему казалось, что противника легко удастся уничтожить, собрав все ударные силы в один мощный кулак. Этот замысел был, разумеется, верным, но Нагумо допустил один серьезный просчет — он не учел фактора времени. Победа в бою не всегда достается сильнейшему. Часто побеждает тот, кто смелее и решительнее встречает непредвиденные обстоятельства и умело использует малейшую благоприятную возможность.
Наконец, в 08.30 Нагумо решил сначала принять самолеты, вернувшиеся после налета на о. Мидуэй. Это означало, что он остановился на втором, более осторожном варианте действий. На «Акаги» усталые матросы снова стали опускать торпедоносцы на ангарную палубу. Опять был отдан приказ подвесить к самолетам торпеды, которые только что были заменены бомбами.
Командир палубного дивизиона Масуда, которого, казалось, никогда не покидали беззаботность и хорошее настроение, приветствовал этот приказ веселым восклицанием:
— Опять все сначала! Это начинает напоминать состязания на быстроту перевооружения самолетов.
В то время как на полетную палубу один за другим садились самолеты первой волны, внизу, на ангарной палубе, матросы, одетые в короткие штаны и рубашки с закатанными по локоть рукавами, торопливо снимали тяжелые бомбы, складывая их тут же на палубе, так как опускать их в артиллерийский погреб не было времени. Когда позже
бомбы противника попали в «Акаги», они не раз вспомнили и пожалели о таком размещении смертоносного груза.
В 08.55, когда прием самолетов подходил к концу, адмирал Нагумо передал всем кораблям новый приказ: «После приема самолетов соединение временно отойдет к северу. Наша главная цель — войти в соприкосновение с оперативным соединением противника и уничтожить его».
Одновременно адмирал Нагумо донес по радио адмиралу Ямамото и вице-адмиралу Кондо, командующему Соединением вторжения на о. Мидуэй, о создавшемся положении: «В 08.00 обнаружено соединение противника в составе одного авианосца, пяти крейсеров и пяти эскадренных миноносцев. Пеленг 10°, дистанция 240 миль от о. Мидуэй. Направлюсь навстречу ему»[29]
К 09.18 прием самолетов был закончен. Развив скорость в 30 узлов, соединение Нагумо направилось курсом 30°, стремясь уменьшить опасность нападения со стороны авиации противника, базирующейся на о. Мидуэй, и занять наиболее выгодную позицию по отношению к американскому соединению.