Он бос. Прорехам в рясе нет числа…Молитву предрассветную творя,Он подаянье для монастыряПросить пустился, оседлав осла.А позади гудят колокола —Уж разгорелась нежная заряИ подняла с постели звонаря.Мир людям и Создателю хвала!Молчит монах, перебирает четки;Глаза его задумчивы и кротки.Давно привычно странствовать ему.Быть может, подадут немало хлеба…И теплый летний дождик брызжет с небаВ пустую переметную суму.
<1892>
<p>Старинные медальоны</p><p>Tristissima nox</p>Ночь одиночества. Шуршит листва.Струится ветер по печальным кронам.Меж темных листьев пепельным фестономКолеблются паучьи кружева.Подобием живого существаВолна морская катится со стоном;Она усталым кажется Тритоном,До берега добравшимся едва.Сон простирает нежную ладонь —И все смолкает в мире, тьмой одетом;Лишь мой рассудок бодрствует в тиши, —Как факела сокрытого огонь,Что проницает беспощадным светомПустую глубину моей души.
<1890>
<p>Некоему другу (Посылая ему стихи Леопарди)</p>Ты счастлив? Ты удачлив? Если да,И до сих пор душа не охладела,Оставь подарок мой лежать без дела —Раскрыть его не поздно никогда!Но если дней угрюмых чередаНе ведает ни срока, ни предела,И скорбный дух стремится прочь из тела,И неизбывна лютая беда —Тогда прочти бессмертные скрижали!С тобой заговорит грустнейший гений —Орел плененный, сбитый на лету;Поведает величие печали,Откроет бесконечность заблуждений,И жизни бесконечную тщету.
<1890>
<p>ЕМу же (Прислано вместе с портретом автора)</p>Сошел навеки с моего челаСиявший прежде отсвет Идеала…Да, в юности мечта моя пылала —Но вот, погасла, догорев дотла.Моя улыбка ласкова, мила —Да только верить ей нельзя нимало:Я – словно змий, что мудро прятал жало,Виясь вокруг Эдемского ствола.Мои черты – обманчивый магнит!Попристальней вглядись в лицо мое —И вдруг прошепчешь, сам себе не веря:«Он всем навеки чужд! И не манитЕго к себе земное бытие…Он злополучней загнанного зверя».
<1890>
<p>Pax animae</p>Не говори со мной, не говориО радостях земных! Не внемлю ныне…Моя душа! Она сродни руине,Где обитают лишь нетопыри.Обрушились былые алтари,Былой мечты не стало и в помине;В печали потонули, как в полыни,Моих воспоминаний пустыри.Но не померкла вещая звезда,Что искони струила надо мнойСвященный свет в суровой мгле эфира;И я стремлю свой помысел туда —Прочь от беды и радости земной,Прочь от земного суетного мира.
