– Он не слишком удивился. Неужели покровители не знают? Не догадываются? – спросила я.
– Так скажем, многие предпочитают не замечать, не подозревая о реальной силе напитка. В конце концов, такое положение дел им тоже выгодно. Однако сейчас весьма неподходящий момент, чтобы возбуждать подозрения. Главное, что ты не беременна. Я дам тебе травы, и ты сможешь помещать их внутрь себя. Ты также можешь использовать уксус.
«Внутрь».
– Что? Неужели запихивать?
Я представила себе тушку курицы или индейки, которую в праздник набивают ароматными травами. И эта картина вызвала невольный смех.
– В шелковом мешочке, – важно кивнула Дагней.
– Есть еще настой басеи, – подала голос Гитте.
Дагней кивнула.
– Но это на совсем крайний случай. Басея вызовет сильные спазмы. Мы зовем его средством для «усиления регулярной крови».
Йотуну я объяснила, что мне стало дурно от вида костра и запаха гари.
– Ты очень привязалась к наставнице Атали, – сказал он и погладил меня по щеке. – Но ты уверена, что у твоего недомогания нет другой причины?
– Да, – вполне бодро соврала я.
– Хорошо, – вопреки утверждению, в голосе Йотуна послышалась нотка разочарования.
Его синие глаза смотрели оценивающе, а потом губы тронула тень улыбки.
– Но да, наверное оно и к лучшему: путешествие в Миравингию – не легкая прогулка. Тебе пришлось бы нелегко в дороге.
Он взял бокал вина и покрутил его в руке, глядя на просвет на рубиновую жидкость:
– Хотя я был бы рад, если бы ты забеременела.
Я почувствовала, как краска приливает к щекам.
– Но наложницы…
– Ты же знаешь, Мальта, что ты не обычная яло эманта. Никогда не была.
Мне показалось, что Йотун еще что-то добавит, но он сменил тему.
– Что ж… я надеюсь, завтра ты будешь в порядке и сможешь сопровождать меня в туманах. Я планировал посетить Фэйта.
– Мы отправимся в питомник?
Ответом мне послужил легкий кивок головы.
Но мы отправились в питомник через несколько дней. Там я получила в подарок от его хозяина свое собственное чудовище.
Зима задула осень своим ледяным дыханием, точно пламя свечи. За городом, в туманах смена сезона становилась особенно заметной. Дыхание вырывалось изо рта легким облачком, а кружевной иней хрустел под копытами моего конька. Травы пожухли, и ломкие стебли его больше не прельщали, а холод подгонял вперед, поэтому он шагал без остановок, и мне не приходилось бить его пятками.
Йотуна сопровождали несколько троллей, как я поняла из их разговора, они были магами-погонщиками. И им предстояло отобрать чудовищ для вторжения в Миравингию. Мужчины были в приподнятом настроении, поскольку Фэйт обещал показать «нечто особенное».
По пути к нам присоединился еще один мой знакомый – Гельд.
Он явно разжился деньгами. Его новенький доспех ладно сидел по фигуре, а ножны были украшены кристаллами. Даже я могла оценить, что рукоять его кинжала и гарда меча не были «простыми», а являли собой предмет гордости и достойный образчик оружейного искусства.
Как того требовала последняя троллья мода, у него были выбриты виски, а яркие волосы заплетены в три косы.
Он заметил мой внимательный взгляд и ослепительно улыбнулся, очевидно, весьма довольный собой.
Йотун повернулся в седле своего коня и, кивнув на Гельда, сказал:
– Знакомься, Мальта, этот тролль не кто иной, как будущий скаэр’наар.
Я не поняла это слово. На мой измененный магией слух оно воспринималось, как «справедливая судьба». Но на самом деле речь шла о звании и означало тролля, который должен был поддерживать порядок среди солдат и следить за исполнением решений суда во время похода. Действия скаэр’наара должны быть справедливыми, но неотвратимыми, как сама судьба.
– Мои поздравления, Гельд, – сказала я, отдавая дань вежливости, но не испытывая искренней радости.
Он важно кивнул.
Мужчины, занятые обсуждением, каким тварям стоит отдать предпочтение, вскоре забыли о моем существовании.
Разные виды имели те или иные преимущества. Златоглазы были хороши в тумане при атаках на пехотинцев, но при этом были бесполезны, если нужно проникнуть в крепость. Для этой цели пригодились бы лагрецы или камарги.
Оба мага-погонщика сходились во мнении, что в последнее время с камаргами наблюдались трудности: монстры отказывались следовать приказам после первых схваток. Слишком большой риск, способный нарушить самый лучший план. Лагрецы все-таки лучше.
В Башнях Пепла я пропустила занятия, на которых подробно рассказывалось об известных видах чудовищ, и теперь таким странным образом получала знания.
Мы добрались до питомника, когда день уже клонился к своему завершению. Солнце висело низко над деревьями, его косые лучи давали все меньше тепла. Да и суровые горы дышали холодом.
Фэйт вышел поприветствовать своих гостей и проводил нас к небольшой расчищенной площадке. На песке, смешанном с древесной корой, кто-то прочертил ровные линии, нечто наподобие бушующих волн.
