– Ужасное время. Вместо украшений и шелка он наряжает тебя в броню. У тебя еще не достает уверенности требовать от покровителя хорошие подарки. Скромность, Мальта, отнюдь не украшение, а глупость для яло эманта, – укорила она меня. – Советник Йотун тебя не слишком-то балует. Но с другой стороны, если учесть, что ты, прости меня, человек…
Ее размышления в этот раз не отличались привычной четкостью. Она перескакивала с одного предмета на другой.
– Что действительно забавно, так это твое ручное чудовище. Не хочешь ли продать его мне?
Я вежливо отказалась уступить ей своего уродца, которого я назвала «Туманом» из-за серого меха. Повадками он больше походил на глупую собаку. Легко приходил в восторг и к ужасу Аян перерыл весь сад. Из-за дефекта лап у него не убирались когти, о чем я сообщила Дагней.
Портить драгоценный паркет ей не хотелось, и она не стала настаивать.
– Да, лучше оставь его себе. Хоть что-то.
Несмотря на то, что Дагней подстраивалась под изменившиеся обстоятельства, ей не нравилось происходящее.
В итоге блистательная наложница посоветовала радоваться тому, что «покровитель проявляет участие к правильному человеку, то есть к тебе», а остальное выбросить из головы «ради своего же блага».
И у меня довольно неплохо получалось следовать этому совету. До встречи с Люком.
Как-то раз Йотун взял меня с собой во дворец. Я опасалась, что тролли захотят развлечься тем, что потребуют «предсказаньице» от «вещательницы».
– Скажи, что мы победим, – посоветовал Йотун, когда мы сели в пролетку.
– То есть то, что они все хотят услышать.
Он пожал плечами.
– Почему бы и нет. Тем более люди завязли в своей кровавой распре. Хотя… Бальтазар Тосса сейчас в чуть более выгодном положении, чем королева. – Йотун похлопал меня по колену и ухмыльнулся. – Но он так и не решился применить то оружие, чтобы утвердить свою победу. Но знаешь, что самое интересное? Что, кроме Кьяры, все маги, которые работали над этим, мертвы. Их убили.
Я испытала странно болезненный укол гордости, хотя и понимала, что нельзя объять все секреты. Почему я ничего не видела? Не то чтобы мне хотелось бы наблюдать, как убийцы Бальтазара Тоссы казнят несчастных, но все же… упустить столь важные сведения…
– Как ты узнал? – потрясенно спросила я.
Тролль смерил меня веселым взглядом и сказал:
– Как мы узнавали о том, что происходит в землях людей без Мальты? Мучились страшно. Жизнь была трудна.
– Твоя жизнь и правда стала лучше, – я бросила на него взгляд исподтишка и коротко улыбнулась: – Со мной.
Он провел костяшками пальцев по внешней стороне шеи, спускаясь к ключице.
– Правда.
Когда мы прибыли, Йотун помог мне выбраться из кареты. Я опустила вуаль, отгораживаясь от придворных, готовая, как мне казалось, ко всему.
Король едва скользнул по мне взглядом, но весьма тепло приветствовал Йотуна.
– А, вот и мой регуутор. Нам есть что обсудить. Вижу, ты исполнил мою просьбу и привел наложницу. Королева хотела взглянуть на человечку.
Он махнул рукой, и ко мне подошел Люк.
– Тень. Проводи ее…
Король и Йотун ушли, а я вновь осталась с Люком «наедине», хотя вокруг нас было полно троллей.
Я церемонно поклонилась Тени короля, он ответил мне легким кивком. Мы покинули приемный зал и отправились по дворцу.
– Зачем королеве на меня смотреть? – тихо спросила я.
– Таково желание ее величества.
Ответ столь же точный, сколь и бессмысленный.
Люк привел меня в небольшой зал, больше похожий на драгоценную шкатулку: вся мебель была отделана перламутром, а стены затянуты серым шелком. Блеск странным образом сочетался со строгостью.
Люк указал мне на стул. Я села. Мы молчали.
Не знаю, сколько прошло времени, но наконец, раздались шаги, а затем шорох платьев, больше похожий на свист. Не отдавая себе отчета, я поднялась со своего места.
В перламутровый зал вошла королева в сопровождении своих дам, я склонилась в глубоком поклоне.
Процессия поравнялась с тем местом, где мы стояли.
Люк коснулся моей руки, давая понять, что мне можно выпрямиться.
Мы с королевой смотрели друг на друга. Она была такой же, как я запомнила по одному из своих видений: очень скромно одета, с усталым лицом, с волосами, заплетенными в простую косу. Впечатление изможденности усиливали темные точки, рассыпанные, точно веснушки, по ее щекам. При ближайшем рассмотрении ткань ее платья оказалось дорогой и даже расшитой серебряной нитью, но все равно мне стало неловко за свой слишком роскошный наряд и ожерелье с красными камнями.
– Я хочу увидеть ее лицо, – тихо сказала королева.
Одна из ее дам обратилась ко мне.
– Подними вуаль, девушка.
Я исполнила просьбу.
Примерно полминуты королева рассматривала меня, точно диковинного зверька. Наверное, так же я рассматривала Тумана, который садился передо мной и открывал жаждущую угощения пасть.
По лицу этой женщины было совершенно непонятно, о чем она думает. Она больше не сказала ни слова, а просто ушла. Дамы последовали за ней, окружив свою государыню защитным полукругом.
Когда их шаги стихли, я взглянула на Люка, ожидая объяснений.
– Это все, – сказал он.
