Не доходя километра полтора до железнодорожного полотна, партизаны заметили немецких патрулей, шедших вдоль линии.
— Ложись, — скомандовал Янушек.
Белые маскировочные халаты, надетые поверх полушубков, надежно укрывали партизан от взоров непрошеных наблюдателей. Вскоре фашистские патрули прошли дальше и скрылись за поворотом пути.
— Будем работать здесь, — указал Янушек рукой на тот самый изгиб железной дороги, который он облюбовал еще утром с высокой горы. Через некоторое время они уже долбили мерзлую землю.
— Давайте тол, — сказал Янушек, с облегчением бросая на землю лопатку. В ту же секунду послышалась автоматная очередь.
Партизаны сбежали с железнодорожной насыпи и поползли к опушке леса. Со стороны станции началась непрерывная стрельба. В небо взвились ракеты.
— Никого не задело? — спросил Янушек, когда группа уже была в лесу.
— У меня все в порядке, — ответил, тяжело дыша, Поспелов. — Вот только ватник весь мокрый от пота, хоть выжимай.
— Ну, это не смертельно. Я тоже будто в бане побывал. А ты как себя чувствуешь, Павел?
— Хорошо, товарищ командир!
— А лопатку бросили, — с сожалением проворчал Поспелов. — Как это ты ее неосторожно швырнул!
— Да, лопаточка нас подвела, — почесал затылок Янушек. — Что ж, вперед умнее будем.
— Как же теперь? — спросил Поспелов.
— Передохнем и снова пойдем к железной дороге. Недалеко от деревни Дунаев есть хороший участок с высокой насыпью. Там и заложим мины, пока немцы здесь будут рыскать.
На новом месте партизаны были гораздо осторожнее. Ползком пробравшись к полотну, они принялись долбить финскими ножами выемки для закладывания мин. Когда все было готово, вынули из вещевых мешков тол и связали его в две большие пачки. Мины были заложены с капсюлями нажимного действия — Янушек не сомневался, что они хорошо сработают.
— На этот раз, думаю, будет хорошо, — отползая, сказал Поспелов.
— Поживем — увидим, — отозвался Янушек. — Тише! Кажется, идет поезд.
Он вернулся и приник к рельсу, подложив под ухо сложенную вдвое полу халата. В рельсах слышались едва уловимые стуки.
— Этот эшелон пропустим, — сказал Янушек, вынимая из мин капсюли. — Пусть фашисты смелее едут. После нашей первой попытки они наверняка направят пустячный эшелон, да еще с балластом впереди паровоза.
Состав крытых товарных вагонов осторожно прополз мимо залегших партизан. Как и предполагал Янушек, впереди паровоза катились четыре платформы с балластом. Из открытых дверей последнего вагона солдаты железнодорожной охраны вели на обе стороны огонь из автоматов и пулеметов. Время от времени взвивались осветительные ракеты.
Янушек вернулся к полотну и вновь вставил капсюли в заложенные мины. Партизаны поднялись и уже в полный рост пошли к опушке леса. Ждать пришлось недолго.
— Со стороны Чадцы идет, — уверенно сказал Янушек, прислушавшись к далекому шуму. — Здесь порядочный уклон, и поезд будет катиться резво.
— К фронту поспевает…
Сильный взрыв прервал слова Поспелова. В огромном пламени, взметнувшемся вверх, паровоз вздыбился и стремительно полетел с высокой насыпи. Передние вагоны уткнулись в воронку, на них полезли другие, ломаясь, как спичечные коробки. Под напором задних вагонов середина эшелона со скрежетом выгнулась ломаной дугой вверх и рухнула с насыпи. Раздался еще один взрыв, и огромная куча обломков вспыхнула ярким пламенем.
— Больше нам здесь делать нечего, пошли, — скомандовал Янушек. — Теперь очередь за группой Мельника.
В приподнятом настроении партизаны направились к условленному месту встречи. Минут через двадцать Янушек остановился и вынул карту.
— Посвети, Поспелов, — сказал он, — надо уточнить маршрут.
Поспелов прикрыл электрический фонарик маскхалатом и направил его луч на карту.
— Смотри, Рудольф, — вдруг удивленно произнес он. — След лыж. И даже свежий!
— Да, кто-то недавно прошел здесь, — согласился Янушек.
— Небольшого роста, шел без всякого груза, — должно быть, спешил, — сказал Павел Подошва и смутился.
— Почему ты так думаешь? — удивился Янушек.
— А видите — шаги не широкие, и лыжи неглубоко проваливались. А что спешил, так это всякий скажет: палками вон как отталкивался, бросками шел.
— Э, да ты следопыт! — с завистью протянул Поспелов. — А вот смотрите: палки у него на опорных кольцах с рисунком в виде лилии. Наверное, охотник какой-нибудь.
— Не думаю. В такую погоду, да еще вечером, охотник в лес не пойдет, — отозвался Подошва. — Что ему там делать?
— Вообще-то верно, — согласился Янушек. — Ну, пошли дальше.
Усталые партизаны след в след двинулись за Янушеком, который вел их, то и дело поглядывая на светящуюся стрелку компаса.
— Что-то не слышно голоса Мельника, — сказал Поспелов.
— Должно быть, выжидают, — предположил Янушек.
Мельник, Шеверев и Грушпер в это время действительно ждали, заложив мины под железнодорожное полотно недалеко от населенного пункта Мацуров и протянув метров на двести провода. Мельник с электрической машинкой на коленях, закутавшись в белый халат, зорко посматривал на железную дорогу. Когда послышался взрыв у деревни Дунаев, Шеверев удовлетворенно сказал:
— Янушек сработал. Теперь наша очередь.
