Хотя в качестве примеров я привожу в основном Англию, современные исследования вопроса средневековой проституции показывают, что по всей Европе ситуация была примерно одинаковая. Практически везде городские власти рассматривали публичные дома как меньшее из зол, способ снизить градус сексуального напряжения у молодых неженатых мужчин и предотвратить куда большие проблемы, такие как изнасилования, соблазнения девиц и замужних женщин и расцвет гомосексуализма. Насчет последнего – да, такая причина называлась совершенно официально. Рут Каррас в своем исследовании по истории проституции пишет, что, в частности, во Флоренции, где исторически, как и в других итальянских городах, уровень гомосексуальности всегда был выше, чем в других странах, бордели считались средством, уменьшающим популярность содомии. Более того, считалось, что, вкусив платной любви у проституток, молодые мужчины поймут, что гетеросексуальные отношения вполне приятны, и с большей охотой станут искать себе жен.
Забавно, что в Венеции, где эта проблема, по-видимому, стояла еще острее, в 1480 году появился указ, что женщины не должны коротко стричь волосы на мужской манер, поскольку они это делают для того, чтобы «скрыть свой пол и угодить мужчинам, притворяясь мужчинами, что является формой содомии».
Немцы, в отличие от итальянцев, всегда были скорее традиционалистами, поэтому в законах германских государств чаще звучит, что публичные дома открываются для предотвращения насилия над женщинами. В Мюнхене так прямо и написали, что это ради того, чтобы не причиняли зла «женам и девицам».
Так что проституция в Средневековье достаточно быстро превратилась в легальное и регулируемое законом занятие. Разумеется, в каждой стране, а то и в городе, были свои правила – в зависимости от того, насколько город нуждался в услугах продажных женщин.
Коммерческая проституция, как правило, являлась в первую очередь городским явлением из-за относительной анонимности городской жизни и потому, что концентрация населения создает спрос на широкий спектр услуг. Крупнейшими центрами проституции являлись большие торговые города, где всегда было много молодых и надолго оторванных от дома мужчин – купцов, моряков, солдат.
Процветала проституция и в университетских городках, тем более что студенты обычно не имели права жениться, пока не доучатся. Примером средневековой двойной морали является расцвет проституции в городах, где располагались святыни и куда стекались пилигримы. Очень удобно приехать на богомолье, там же разок согрешить (дорога была долгая, жена, если и есть, то далеко), а потом поклониться святыне и отмолить все грехи разом.
Но и в остальных городах без проституток обойтись было сложно! Ученики цеховых мастеров, как и студенты, не могли жениться, пока не закончат обу-чение. Неудивительно, что они были завсегдатаями публичных домов, тем более что с XIV века в ученики стали брать мальчиков не моложе тринадцати лет, к XV веку повысили этот возраст до пятнадцати лет, а учиться приходилось – в зависимости от профессии – от двух до двенадцати лет.
Была еще одна категория постоянных клиентов проституток, хотя о ней предпочитали не говорить вслух. Это священники – после того как им запретили жениться, они тоже вынуждены были посещать «веселые дома». Завести в доме постоянную конкубину означало лишиться сана, а поход к проституткам грозил разве что епитимьей.
Неудивительно, что даже города с населением в 500–1000 жителей имели свои, хоть и небольшие, публичные дома. А кроме «профессионалок», в каждом городе существовали еще и женщины, которые занимались проституцией время от времени, нигде не числясь.
Поскольку общественное мнение было против проституции, каждый раз, когда к власти приходил строго настроенный монарх или Церковь усиливала свои позиции, публичные дома запрещали, а проституток начинали наказывать. Но толку от этого было мало: например, в Лондоне и Йорке запреты на занятия проституцией издавались каждые несколько лет – с конца XIII вплоть до XVI века, но продолжали существовать официальные публичные дома, посещаемые даже представителями высшей аристократии. по одному только количеству этих запретов видна их несостоятельность.
Так, в 1277 году Лондон запретил бордели (то есть закон был направлен именно против организованной проституции, а не против общей безнравственности). Вторично их запретили в 1301 году. Но уже в 1310 году Эдуард II вновь приказал мэру Лондона упразднить бордели, в которых, по его словам, укрывались воры и убийцы.
Когда проституцию в очередной раз запрещали, женщин, ею занимающихся, могли ловить, пороть и заставлять совершать публичное покаяние, – таким образом пытаясь через стыд заставить их отказаться от такого позорного занятия. Если ловили повторно – изгоняли из города. А вот клиентов публичных женщин наказывали очень редко, так что это был самый надежный и безопасный способ блуда. Благо о сифилисе до конца XV века никто даже не слышал.
