— Товарищи офицеры, — вдоль стен на стульях чинно сидели замы командира полка, нервный и потный начальник физической подготовки полка, спокойные командиры дивизионов и командиры отдельных подразделений. За столом командира, рядом с ним, сидел начальник штаба подполковник Корвегин. Проверяющий строгим взглядом оглядел присутствующих, значительно посмотрел на часы, как будто там — на циферблате было что то написано и продолжил, — Товарищи офицеры, через три дня, 10 октября, полк сдаёт военизированный кросс, 3 километра. Сейчас я уезжаю в соседний гарнизон Ляйсниг, а через три дня приезжаю в 10:55 на место старта, принимаю доклад о готовности, а в 11:00 запускаю секундомер. Бегут все. Сто процентов личного состава. Офицеры, прапорщики в том числе. За исключением — командир полка и начальник штаба.
— Товарищ подполковник, — майор повернулся к командиру полка, — полк в вашем распоряжении, а я убываю.
Худощавый майор щёлкнул каблуками, пожал руку командиру и при полном изумлении присутствующих вышел из кабинета.
— Мда…, - командир озадаченно и сильно потёр ладонью шею, снова глянув на закрытую дверь, и задумчиво ещё раз протянул, — Мдаааа… Вот так, товарищи офицеры, в Москве служат. Не то, что мы в деревне. Я, пока вы собирались, попытался решить вопрос, но он заявил буквально следующее — товарищ подполковник, не пройдёт… Водку не пью, в бане только моюсь. И меня интересует чистый результат.
— Так что, готовьтесь выдавать чистый результат.
Сказать по большему, полк в момент приезда проверяющего майора лишь всколыхнулся. А старый и мудрый командир полка тут же собрал у себя в кабинете опытных прапорщиков и через час, получив каждый по грузовику, прапора разлетелись в разных направлениях. Ещё через час зам по тылу полка создал полковую команду сапожников из пятидесяти человек, где старшими были остальные старшины не претендовавших на звание опытных и старых прапоров. К вечеру разъехавшиеся автомобили стали съезжаться и из кузовов сапожная команда шустро выгружала рулоны дермантина, непонятно откуда привезённые и тут же закипела работа. Смысл её был в следующем: за три дня пошить на весь полк из дермантина облегчённый вариант сапог, чтобы улучшить показатель на военизированном кроссе. Но об этих тонкостях я узнал позже, а пока на следующий день был устроен контрольный забег и полк, даже в юфтевых сапогах, легко уложился в твёрдую оценку «Хорошо».
В десять сорок пять полк с оружием и в полной выкладке застыл в строю на плацу, тут же за трибуной и был организован старт. В 10:55 на плацу появился хмурый проверяющий, который с каменным лицом выслушал доклад командира полка о готовности к сдаче проверки.
Только прозвучала команда «Вольно», как командир полка скомандовал: — Первая батарея на старт…
Капитан Чумаков, за ним взвод управления с командиром взвода, огневые взвода, тихо позвякивая оружием и остальными солдатскими причиндалами, белея новенькими номерами, слегка пыля, выкатились на старт за трибуной и ровно в 11:00 щёлкнул блестящий, никелированный секундомер в руках майор — МАааааРШ!!!! И батарея понеслась: не вскачь, а своим темпом, надёжно обеспечивающим оценку «Отлично». Всё как обычно и я уже давно не волновался по поводу своих физических возможностей. За эти месяцы ещё больше окреп. Теперь спокойно мог делать восемь раз подъём-переворотом, укладывался в оценку «отлично» на любом кроссе. Вот только стометровка у меня хромала — лишь «удовлетворительно». Но военизированный кросс стометровку и не предполагал. Помимо того, что мы бежали три километра, а в новых, облегчённых сапогах из дермантина бежалось на удивление легко, нужно было отстреляться, пробежать полосу препятствий, метнуть гранату и сдать ещё ряд физических упражнений.
Мы пробежали вдоль казармы второго и первого дивизионов, свернули влево, мимо кочегарки, за клубом свернули вправо и через огневой городок выскочили на дорогу идущую полем, вдоль парков автобата и сапёрного батальона, за парком сапёров свернули вправо и через триста метров выскочили на территорию винтовочно-артиллерийского полигона, где на организованной точке быстро отстрелялись. Уже по немецкой улице помчались в сторону нашего КПП, ворота которого были распахнуты настежь. Пробежали мимо трибуны и места старта, где готовилась стартануть четвёртая батарея, повернули вправо и по кругу ушли на полосу препятствий, которую прошли также легко, как и маршрут кросса. Было опасение, что сапоги из дермантина развалятся на первом же километре, но они выдержали испытание и батарея в полном составе, под радостный крик командира полка — Молодцы, первая батарея, оценка «Отлично» — не останавливаясь, убежала в казарму.
Полк сдал физо на «Отлично». Майор, конечно, заметил, что все бежали в облегчённой обуви и накинул согласно норматива лишнее время, но всё равно оценка вышла «Отлично». Недаром командир полка гонял нас несколько месяцев по 4–5 часов в день.
