Дефицит у командования «Запад» резервов в начале сентября 1944 г. позволил Западным союзникам осуществить прорыв в Бельгию, образовавшуюся под Аррасом «брешь» в линии фронта немцам практически нечем было закрыть[719]. Резервы в Бельгии были столь слабы, что не смогли отбить атаки бельгийских резистентов на Брюссель 3 сентября 1944 г., город оказался в руках западных союзников фактически в этот день, хотя ни один солдат англо-американского альянса еще не зашел в город[720]. Командование ГА «Б» оценило обстановку, как тяжелую, потребовав 25 свежих пехотных дивизий и 5–6 ТД в резерв[721]. До 15 сентября штаб ГА «Б» требовал усилить западный фланг минимум 10-ю ПД и 5-ю ТД, в противном случае, по его оценкам, дорога в Северо-Западную Германию для западных союзников была бы широко открыта[722]. В ответ ОКВ предприняло шаги, которые можно было бы назвать «латанием дыр», – на линии от северных предместий Антверпена до Маастрихта с главным центром тяжести обороны вдоль канала Альбрехта была развернута парашютно-десантная армия Штудента, состоявшая в значительной степени из спешно собранных по Германии учебных батальонов и прочих тыловых частей, в общей сложности 5 дивизий, из них две десантные, а также 10 отдельных батальонов и 40 батарей ПВО, помимо этого, этой новой армии были приданы разного рода полицейские и тыловые части[723]. Новые танковые соединения даже масштаба бригады ГА «Б» так и не получила, вопреки своим требованиям, все свежие танковые бригады были переброшены ОКВ в Лотарингию[724].
Уже 1 сентября 1944 г. в согласии с командованием «Запад» были сконцентрированы танковые силы в районе Эпиналя. Для чего из Трира была переброшена свежая 106-я ТК бригада, со старых позиций были переведены 3-я и 15-я панцергренадерские дивизии, кроме того, планировалась переброска 107-й, 108-й, 112-й и 113-й танковых бригад[725], что должно было составить танковый кулак для очередного крупного стратегического наступления. Но перед этим командованию «Запад» было приказано отказаться от крупных контрударов и заняться строительством обороны, что оказалось небезуспешным, так как попытка западных союзников с ходу форсировать Маас провалилась[726]. Гитлер в начале сентября 1944 г. дал распоряжение начать строительство оборонительных рубежей в Вогезах, оборона которых была возложена на 7-ю армию[727]. Однако окончательное решение перейти к обороне на Западе созрело в ОКВ 6 сентября 1944 г., когда Гитлер согласился с доводами доклада начальника штаба командования «Запад», что никакое стратегическое наступление на Западе до 1 ноября 1944 г. невозможно. Правда, к тому времени был уже запущен план ограниченного наступления бронетанковыми силами в Лотарингии, что объяснялось в первую очередь экономическими причинами[728]. Уже 5 сентября вечером командование 15-й армии получило приказ ОКВ прекратить все приготовления к большому контрнаступлению под Антверпеном, было разрешено только ограничиться вылазкой в северных окрестностях города[729].
На Восточном фронте вермахт оказался летом – осенью 1944 г. заложником большой политики Гитлера, которому надо было удержать своих союзников от заключения мира с Антигитлеровской коалицией. В этой связи вермахту предписывалась любой ценой оборонять важные в экономическом смысле для Румынии Молдавию, Бессарабию и Южную Буковину. С другой стороны, ОКВ ослабило южный фланг вермахта переброской 11 дивизий незадолго до начала большого наступления Советской армии в Бессарабии 20 августа 1944 г.
На северном фланге германское командование практически с июня 1944 г. тщетно пыталось остановить советское наступление, направленное на стык ГА «Центр» и ГА «Север». Советские войска, по замыслу Ставки, должны были прорваться к Риге, отрезав тем самым всю ГА «Север» от большой земли. В условиях развернувшегося в Белоруссии наступления Советской армии (операция «Багратион») выполнить эту задачу было достаточно сложно, так как ОКВ сняло часть войск из Прибалтики для поддержки ГА «Центр». Ситуация ГА «Север» еще усложнялась и тем, что ОКВ настаивало на удержании рубежей в районе Ропши, вопреки настояниям Фрисснера отвести эти войска на позиции под Нарвой, которые были более удобны для вермахта, с точки зрения обороны.
Попытки Гитлера после выхода из войны Румынии создать Венгерский фронт, опирающийся преимущественно на силы 2-й и 3-й венгерских армий, не дали долгосрочного позитивного для Оси результата. После ожесточенных боев в Карпатах в сентябре 1944 г. и ограниченного успеха вермахта и войск СС в танковых сражениях под Дебреценом в октябре 1944 г. наступил кризис Венгрии, который имел как политический, так и чисто военный характер. Главной причиной такого положения стал дефицит бронетехники, подававшейся из рейха, немецким частям в Венгрии. К концу октября 1944 г. дошло до того, что танковые дивизии, призванные оборонять подступы к Будапешту, имели в своем составе по два боеспособных танка.
