Элан не хотел отвечать на этот вопрос-утверждение, помня собственную весьма болезненную реакцию на рассказы некоторых девушек, за которыми пытался ухаживать, когда те заводили «песни» на тему: кого они любили, и, главное, кого любят до сих пор. И хотя супруга не была человеком, он всегда остерегался подобных глупых выходок, и без конца твердил себе: перед тобой живое существо, которое очень хочет почувствовать всем сердцем, что именно оно самое любимое и желанное.
— Да. Было бы здорово встретиться! Ведь сколько лет уже не разговаривали, вот так просто, по-человечески, а не через эту абракадабру…
Он с досадой кивнул на экран, где за нагромождением цифр пряталась тёплота слов куратора.
— Опять в шпионов играете? — Ольга говорила с укоризной, негромко смеясь, устроившись на соседний стул. — Ну, ты то ладно, мальчик ещё, а Саша?! Взрослая уже женщина, а туда же!
— Паранойя, знаешь ли, любимая, болезнь заразная, — Элан невольно поддался её веселью. — Ты же, надеюсь, не думала, что её отлёт в столицу Федерации был простым стечением обстоятельств?
— Большое лучше видно из далека? — киборг хитренько прищурилась.
— Да, это железное правило, — эволэк утвердительно кивнул. — Если ты видишь ползущий по полю танк, то ещё сможешь выстрелить или убежать на худой конец, если стрелять не из чего, или не хватает духа драться. А вот если перед твоей физиономией уже замелькали траки гусениц — всё пропало.
Он помолчал немного, вполне довольный, что удалось избежать разговора на тему их прошлых с Поляковой отношений. Впрочем, тут первую скрипку играла Ольга: тактичная и чуткая, она не лезла в душу без особой надобности.
— У Саши на Земле есть доступ к информации, которая легко может не дойти до нас вовсе, или дойти с фатальным опозданием. Новая Россия всё-таки — периферия, мало какая обжитая система может похвастаться большим удалением от колыбели человечества!
Оба рассмеялись, не громко, чтобы не тревожить тех, кому посчастливилось-таки уснуть.
— Чем она там сейчас занимается? — Ольга понимала, что супруг не против её участия в общении с первым куратором, и продолжила расспрос.
— Работала в традиционной биологии, не всё же нам перепадает… Защитила докторскую. Сейчас возглавила отдел ксенобиологии Петербургского Биологического института.
— Почему вдруг «ксено»? — удивилась девушка.
Действительно, стремительная смена направления выглядела на первый взгляд нелогично, но Элан пояснил:
— Ксенобиологи не так подвержены варению в собственном соку: там по роду деятельности приветствуется нестандартное мышление. Но самое главное в том, что шире контакты, ведь требуются более разносторонние знания, а отсюда и постоянные встречи со светилами науки от самых разных областей человеческой деятельности, которые, что очень важно, не видят в тебе конкурента.
И в самом деле, «ксены» слыли чудаками, любителями ломать головы над метаболизмом неведомых зверушек, и профессура видела в них сумасшедших фанатиков, а не потенциальных шпионов за чужими секретами. Ведь если светило науки не дурак, то не только просиживает штаны на симпозиумах, но и, например, работает консультантом у крупных корпораций, зашибая немалые деньги. А ещё и полёты на другие планеты, полевые выходы, так сказать, позволяли «ксенам» крепко дружить с экипажами звездолётов, и передавать куда нужно, что нужно, ведь главный груз «прыжковых» кораблей — не железо, а информация, без которой невозможна консолидация Человечества!
Элан достал из кармана рубашки карточку:
— Это книга кодов. Экземпляров всего два — этот, и у Саши.
Ольга через шунт в мгновение ока завладела информацией, вернув ненужную ей теперь карточку назад владельцу.
— Ах, вот вы что придумали! — словно смакуя изысканное лакомство, промурлыкала киборг, жмурясь от удовольствия, ведь новая информация была для неё как наркотик. — Любое слово — это группа из пяти цифр, к каждой цифровой группе прибавляется случайное пятизначное число, причём каждой группе собственное. Списки случайных чисел вы меняете для каждого послания, поэтому одно слово не повторяется дважды под одной и той же составной группой в шифровке! Неудивительно, что даже я не сумела это прочесть!
Элан не был падок на лесть, во всяком случае, так сам считал, но похвала из уст такой умницы тешила самолюбие, чего уж там.
— Верно, любимая, — он обнял свою супругу, — взломать такой шифр невозможно вне зависимости от технологии — он попросту не поддаётся лингвистическому анализу.
— Старые пыльные архивы помогли это придумать, дорогой? — спросила Ольга, зная наперёд, каков будет ответ.
— Они самые. Кто старое помянет — глаз вон, а кто старое забудет — оба… Так-то!
Они с минуту помолчали, греясь теплом друг друга. Осень уже была поздняя, атмосфера студёная и очень прозрачная, как при хорошем морозе — первый снег ждали со дня на день. Непроницаемо тёмный небосвод подсвечивали Велес и Сварог, да россыпь далёких звезд, свет которых умудрился пробиться через бездну пространства.
— Ты потянешь пятерых зразу? — эволэк имел в виду, конечно же, «якорь».
