Люди шли впереди, освещая себе дорогу осколками звёзд, лучи которых терзали глаза сёстёр. Лесавесима двигалась следом, её перья чуть светились в темноте, и этого света было достаточно, чтобы и Хилья видела стены, уступы, и не натыкалась на препятствия — ночное зрение у обеих было превосходным, даже свет звёзд позволял им успешно охотиться в темноте.
Но в пещере присутствовало ещё что-то. Странный запах дразнил обоняние, и хозяйки ветров сразу узнали в нем…самих себя. Нет, их собственный запах давно и надолго поселился в пещере, но был скорее тонким ароматом, намёком на то, что у удобного жилища уже есть хозяева. Этот же просто пьянил, заставив сестёр ускорить шаг, так что в огромный зал они вошли первыми.
Обстановка каменного дома, созданного самой природой, осталась прежней. Привычно шумела вода, в протоке которой Лесавесима и прятала припасы: мясо и фрукты, принесённые из долины. Всё так же тихо шумел ветер, его шёпот едва улавливал даже тончайший слух крылатых созданий. На месте были и каменные клыки — Хилья постоянно веселила свою сестру, становясь рядом с их частоколом, и, обнажив собственные, притворно рычала, пытаясь испугать темноту. Всё было на месте, за малым исключением.
Прямо в центре зала, в небольшой выемке, оперевшись друг на друга, стояли два яйца. Лесавесима и Хилья дружно бросились вперёд, и замерли в миллиметре от блестящих скорлупой сокровищниц, шумно втягивая воздух, напоённый ароматом зарождающейся жизни. Их глаза вспыхнули огнём, а серая охотница сбросила маску невзрачной молнии, мелькающей в небе, и залилась безумным многоцветием…
Увлечённые бесценным подарком, они даже не заметили ухода людей — те на цыпочках пятились к выходу, изо всех сил стараясь не шуметь, и даже притушили фонари, чтобы не спугнуть чудо, произошедшее у них на глазах…
Ольга с Миррой всю ночь не сомкнули глаз, наблюдая за происходящим и в «аквариуме», и в Океанесе. Шёл решающий этап — передача будущих детей на попечение Хильи и Лесавесимы. В бренном мире это, конечно, выглядело совсем по другому — холодное сознание девушки-киборга торило дорожку к пламенеющим сознаниям двух эволэков. Лошадей решили не гнать, и пока пара крылатых созданий только получила осознание факта существования детёнышей, то есть самих себя: в искусственных матках лаборатории биологического воспроизводства уже вовсю шёл процесс формирования двойняшек, и связь заработала в обратном направлении. Теперь уже связка гнала информацию не по схеме Океанес-Человек-Компьютер, а наоборот, в частности, аромат яиц, приведший в такой восторг сестёр, генерировался Аммой — та проанализировала состав околоплодной жидкости и выдала наиболее близкий флюид.
Что самое отрадное, души юноши и девушки хорошо среагировали: было серьёзное опасение, что, получив в Океанесе дитя, эволэк вообще не захочет оттуда возвращаться. Это было самым слабым звеном в «якорной цепи», вызвавшим очень горячие споры экспериментаторов. Ведь на Измере ситуация была принципиально иной — там уже взрослые особи своим коллективным сознанием вытянули-таки заупрямившегося Лиса, да и находились миллионы «детей» в нашем мире.
