Сталин должен был умереть полностью

Бывший после войны министром здравоохранения СССР Е. Смирнов, впоследствии пострадавший по «Делу врачей», вспоминал: «Незадолго до 13 января 1953 года я был в гостях у Сталина – на даче, расположенной недалеко от Сочи. Мы гуляли по саду, разговаривали. Сталин, показывая на деревья, где росли лимоны, апельсины, рассказывал, какого ухода они требуют. И вдруг без всякого перехода спросил:

В воспоминаниях Смирнова много сомнительного. Как в отношении нахождения Сталина в это время в Сочи, так и во времени, когда им стала овладевать мысль о «заговоре врачей».

«…Заговор, каким рисовал его Рюмин, – писал Павел Судоплатов, – был слишком примитивен, и в него вряд ли можно было поверить. Рюмин дал лишь голую схему “заговора”, но не смог наполнить ее убедительными деталями, позволяющими этому вымыслу выглядеть правдоподобным».

Рюмин представил Сталину результаты следствия примерно следующим образом. В стране действуют три группы врагов: первая (деятели науки и культуры) задумала реставрировать в СССР капитализм, вторая (профессура ЛечСанупра Кремля) залечивала видных партийных и государственных деятелей, третья (генералы и старшие офицеры госбезопасности) должна была убрать Сталина и поставить на его место Абакумова.

Сталин не на шутку возмутился. О внутреннем заговоре такого масштаба не могло быть и речи. Как политическая фигура Абакумов никогда не рассматривался. Он потребовал от Рюмина конкретных фактов. Кирилл Столяров представляет эти возможные вопросы следующим образом: …«На кого конкретно работали арестованные, за сколько продали державу, где, с кем встречались, чтобы получить задания от агентов империализма, кем были сами агенты, кто из них пойман с поличным и какие дал показания». Ни на один из них ответа у Рюмина, конечно, не было.

Более опытный в кремлевских интригах Абакумов в свое время неоднократно предупреждал Рюмина о том, что Сталин может потребовать реальных улик.

По неосторожности Рюмин разорвал дистанцию, существующую между вождем и простым смертным, предложив ему самому определить те окончательные результаты, к которым должно было прийти следствие. Ни в какой сговор с Рюминым Сталин вступать не собирался. Он тут же попросил помощника соединить его с Игнатьевым, которому односложно приказал: «Уберите этого шибздика». Случилось это 12 ноября 1952 года, когда всесильный заместитель министра госбезопасности в одночасье опять превратился в скромного счетовода в Министерстве госконтроля.

Потом, на суде, Рюмин попытается использовать это обстоятельство в свою пользу. Тогда ему показали собственноручно написанное им после отставки письмо к Сталину: «Я признаю только, что в процессе следствия не применил крайних мер (здесь и далее выделено Рюминым), но эту ошибку после соответствующего указания я исправил».

Сталин полностью взял «Дело врачей» в свои руки.