Вся суть советской пропаганды так резко противоречила всей финской действительности и существующим там представлениям, что возможности этой пропаганды были чрезвычайно малы. Следует отметить, что даже ультралевые круги в Финляндии во время Зимней войны были сторонниками оборонительной позиции. На фронт ушли как Рауль Палмгрен и Арво Туртиайнен, так и многие другие деятели культурного фронта. В поддержку Куусинена никакой организаторской работы не велось, что, главным образом, объясняется тем, что Коммунистическая партия Финляндии, штаб которой находился в Москве, была почти полностью уничтожена во время великого террора в СССР.
Согласно выводам финских аналитиков того времени, советская пропаганда осенью 1939 г. уже заранее была обречена на неудачу: «Она была по своему строю, качеству и способу выражения низкокачественной, грубой и насквозь лживой». Так, например, переехавший после Зимней войны в СССР известный финский коммунист Тойво Антикайнен отмечал, что пропаганда неправильно освещала уровень жизни и социальные условия в Финляндии. К концу войны советская пропаганда стала более эффективной.
Финляндия также вела контрпропаганду. Она велась на русском и турецком языках. Последний применялся в передачах, предназначенных для тюркских народов и других слушателей, которые составлялись представителями этих народов, проживавшими в Финляндии. Эти передачи велись на коротких волнах, и, вероятно, их можно было слышать даже в Азербайджане.
Передачи на русском языке велись русскими, живущими в Финляндии, среди которых были как эмигранты, так и коренные жители. Эти передачи не ограничивались лишь делами Финляндии, в них удар направлялся прямо на уязвимые места советской системы, в частности на то, что Сталин уничтожил старых большевиков и соратников Ленина и объединился с Гитлером:
«Товарищи ленинградцы! Красноармейцы, рабочие и служащие!
Перечень кровавых преступлений Сталина растет не по дням, а по часам. Он зверски расправился с подлинными революционерами, расстреляны и замучены первые большевики, ближайшие соратники Ленина Бухарин, Рыков, Каменев, Тухачевский, и десятки тысяч рядовых коммунистов, все преступление которых состояло в том, что они, как верные ученики Ленина, поняли, в какой кровавый тупик приведет партию и Россию преступная политика авантюриста Сталина.
И самое ужасное в истории предательство совершилось: рукой, запачканной кровью миллионов жертв, Сталин дружески пожал руку Гитлера, на совести которого тысячи и тысячи людей, замученных в тюрьмах и гестаповских концлагерях, а также жизни коммунистов, погибших на кровавых полях сражений Испании… Сегодня весь цивилизованный мир с ужасом и отвращением следит за новым преступлением Сталина. Прикрываясь лживым утверждением о том, что трехмиллионный народ Финляндии угрожает 180-миллионному народу СССР, Сталин и его приспешники бросили тысячи русских на мирную страну, залив ее землю кровью несчастных русских солдат… Вы, товарищи ленинградцы, знаете финнов, знаете их железную выносливость, их организованность, их высокоразвитую технику, их меткость в стрельбе. На стороне финнов сейчас сочувствие и поддержка всего цивилизованного мира: США, Франции, Англии, Скандинавии и других государств Европы и Америки. На стороне же Сталина один лишь Гитлер, равный ему союзник, палач Австрии и Чехословакии… Разве не ясно, что война против Финляндии в условиях суровой северной зимы будет длинной и трудной и потребует от русского народа сотни тысяч человеческих жертв… Достаточно лжи и предательств! Сбросим сталинских палачей! Вы знаете, куда должны быть направлены винтовки: не в сторону братского народа Финляндии, а в сердца сталинских псов, в шпионов и тюремных надзирателей, которые превратили Советский Союз в сплошное кладбище».
Несомненно, слова о «десятках тысяч» расстрелянных сильно преуменьшали число жертв, но в остальном удары попали в цель.
Так как в СССР в это время было еще довольно много личных радиоприемников (они были конфискованы лишь после нападения Германии в 1941 году), то «радиоинтервенция» Финляндии вызвала большое беспокойство председателя Ленинградского радиокомитета Нусимовича. Оказывается, имели место случаи, когда советские граждане вынуждены были поневоле слушать троцкистские по сути инсинуации вражеской пропаганды. Поэтому, по возможности, все радиоприемники в Ленинграде старались мобилизовать для глушения передач, которые, по наблюдениям финнов, были чрезвычайно эффективны.
С точки зрения западной пропаганды, положение Финляндии в Зимней войне было морально прочным, поскольку симпатии всего мира были на ее стороне, несмотря на все усилия Москвы организовать движение в поддержку Куусинена.
Все понимали, что речь идет о противостоянии демократии и диктатуры, хотя имя Куусинена и вводило в заблуждение некоторых легковерных.
Из стран Запада лишь Германия проявляла симпатию по отношению к СССР. Об отношении к Сталину свидетельствует тот факт, что, когда Сталину в декабре исполнилось 60 лет, из глав иностранных государств его поздравили только Гитлер и Куусинен.
