Сталин против Зиновьева полностью

Важнейший вывод проекта платформы «большевиков-ленинцев»: «В кругах руководящего большинства, под влиянием англо-русского разрыва и других трудностей, международных и внутренних, ныне вынашивается такой, примерно, “план”: 1) признать долги; 2) более или менее ликвидировать монополию внешней торговли; 3) уйти из Китая, то есть отказаться “на время” от поддержки китайской революции и вообще национально-революционных движений; 4) внутри страны – правый маневр, то есть еще некоторое расширение нэпа. Этой ценой надеются уничтожить опасность войны, улучшить международное положение в СССР и устранить (или ослабить) внутренние трудности. Весь этот “план” строится на той оценке, будто стабилизация капитализма обеспечена на десятки лет. На деле это означало бы не “маневр”, а при нынешней обстановке – полную капитуляцию советской власти: через “политический нэп”, “нео-нэп” – назад к капитализму»[1078].

– Если наберем тридцать тысяч, – говорил Зиновьев, – нам не откажут в слове на XV съезде[1079].

Как и во времена XIV съезда РКП(б) – ВКП(б) 1925 г., Зиновьев с Каменевым, понимая, что их поддержит на XV съезде ВКП(б) 1927 г. абсолютное меньшинство собравшихся, стремились обратить внимание товарищей по партии на стратегические проблемы, стоявшие перед страной и ее руководством. По свидетельству Виктора Сержа, оппозиционеры «…с трудом собрали пять-шесть тысяч»[1080] подписей под своей платформой, которую сталинско-бухаринское руководство не без оснований расценило как альтернативный проект Программы партии.

6 сентября 1927 г. члены ЦК Григорий Евсеевич Зиновьев и Лев Давидович Троцкий и члены ЦКК Альбина Августовна Петерсон и Николай Иванович Муралов направили в Политбюро ЦК ВКП(б), в Президиум ЦКК ВКП(б) и в Исполком заявление, в котором констатировали: «Факты, разворачивающиеся после Объединенного Пленума у всех на глазах, ставят явно под угрозу всю подготовку XV съезда»[1081]. Перечислив эти факты (исключений из партии оппозиционеров и прямых угроз в их адрес со стороны руководящих кадров ОГПУ), члены ЦК и ЦКК Зиновьев, Петерсон, Муралов и Троцкий настаивали «…перед ЦК на немедленном принятии следующих мер: а) немедленно рассмотреть – с нашим участием – вторую часть заявления 13‐ти, не доведенную до сведения партии, и прежде всего вернуть в партию исключенных оппозиционеров; б) опубликовать в печати циркуляр, призывающий руководителей партийных собраний к обеспечению за всеми членами партии права свободного высказывания своего мнения и внесения резолюций на партийных собраниях. Контрольные органы партии должны наказывать членов партии, мешающих другим пользоваться этим элементарным правом. Руководители собраний, допускающие нарушение прав меньшинства, должны подвергаться партвзысканию; в) категорически запретить и приравнять к худшим нарушениям партийного Устава полемику в печати и на собраниях против неопубликованных статей, речей, резолюций, платформы оппозиции. Полемизировать можно только против тех документов, которые доступны общей проверке. “Кто верит на слово, тот безнадежный идиот, [на которого машут рукой]” (четверка авторов процитировала Ленина. – С.В.). Кто к этому понуждает, тот совершает преступление против партии; г) призвать от имени ЦК всех членов партии ознакомиться с документами разногласий и свободно высказаться; гарантировать от имени ЦК, что никаких репрессий против инакомыслящих не будет; д) необходимо своевременно, то есть уже сейчас, приступить к изданию и рассылке на места предсъездовских материалов, в т. ч.: платформы оппозиции, документы оппозиции по китайскому вопросу, по Англо-русскому комитету и пр.; е) партийная дискуссия должна начаться тогда, когда будут опубликованы и разосланы на места тезисы ЦК, платформа оппозиции и вообще все документы, которые представят те или другие организации, группы членов партии или отдельные члены партии к съезду. Членам партии должен быть предоставлен после этого месяц (хотя бы обещанный месяц!) действительной свободы обсуждения. Соответственно с этим должны быть пересмотрены сроки районных, уездных, вообще низовых конференций. Необходимо передвинуть срок начала дискуссии на время перед празднествами; ж) ввиду всего этого, мы предлагаем ускорить созыв ближайшего Пленума ЦК, назначив его на 15–20 сентября, для принятия соответствующих решений и запретить до этого времени какие бы то ни было “выборы”, так или иначе предрешающие состав съезда. Нужно, чтобы XV съезд действительно разрешил стоящие перед партией задачи. Нужно своевременно устранить фракционный характер подготовки и подбора съезда. Те, кто прибегают к вышеописанным методам, подрывают авторитет XV съезда. ЦК первый обязан стать на защиту авторитета XV съезда и твердой рукой прекратить все указанные выше безобразия, недостойные пролетарской партии»[1082].