Третий, за который высказались представители Индии, Ирана и Югославии (представитель Австралии не поддержал ни первый, ни второй), рекомендовал сохранить единство Палестины с двумя автономными образованиями.
Вторая сессия Генеральной Ассамблеи открылась 16 сентября, но только 29 ноября состоялось голосование по палестинскому вопросу. Тридцатью тремя голосами «за» (включая СССР, БССР и УССР) при тринадцати «против» (в основном арабские страны) и десяти воздержавшихся (в том числе и Великобритания) была принята резолюция, предусматривающая прекращение британского мандата и создание на территории Палестины к октябрю 1948 г. двух независимых государств, еврейского и арабского.
Однако еврейские поселенцы не захотели ждать год ради выполнения всех предусмотренных в таком случае необходимых юридических формальностей. Уже в декабре их боевые организации — Хагана, Иргун, Лехи — начали «необъявленную войну» и до официального раздела попытались максимально расширить зону, которой предстояло стать Израилем. Они стали вытеснять арабов из Галилеи, Иудеи, Негева и готовиться к настоящей войне со странами — участниками Арабской лиги, которые уже не раз открыто заявляли, что не допустят создания в Палестине еврейского государства.
«Конечно же, — вспоминала Голда Меир, — мы были совершенно не готовы к войне. То, что нам так долго удавалось более или менее удерживать в известных границах местных арабов, вовсе не означало, что нам удастся справиться с регулярными армиями. Нам срочно нужно было оружие — если мы сумеем найти кого-нибудь, кто захочет нам его продать»[26].
Да, у будущего Израиля солдаты уже были — около 25 тысяч. Их дала предусмотрительная организация иммиграции, отправив из лагерей перемещенных лиц в Палестину прежде всего людей призывного возраста, прошедших военную подготовку, либо механиков, водителей. Они-то и могли с успехом противостоять готовящемуся нападению стран Арабской лиги, которые, как вскоре выяснилось, смогли выставить всего 23 тысячи солдат. Будущим израильтянам не хватало только оружия, ввоз которого британские власти запрещали. И все же оружие они нашли, и очень быстро.
Сведения об этом начали поступать в разведывательное управление сухопутных войск США уже в январе 1948 г. Американский военный атташе в Ливане майор Стивен Мид сообщил в Вашингтон о регулярных ночных посадках самолетов без опознавательных знаков примерно в 50 км к востоку от Бейрута. Позднее, в марте, Миду от своих информаторов удалось узнать, что эти самолеты доставляли оружие и боеприпасы для еврейских боевых организаций. Американцы тогда так и не установили, кто и откуда поставлял оружие в Ливан. Зато в конце марта обнаружили, что американец Ральф Кокс из Праги на американском транспортном самолете «Скаймастер» начал регулярные рейсы в Палестину, перевозя чешское оружие и боеприпасы, и делал он это при явном содействии местной госбезопасности. Несколько позже в Вашингтоне получили веские доказательства того, что воздушный мост Прага — Палестина не только постоянный, но и действует по двум маршрутам: одним — прямым, вторым — через юг Франции.
После тщательных проверок этих сообщений директор ЦРУ адмирал Рескоу Хилленкеттер направил 12 апреля Трумэну меморандум, отметив в нем факт контрабанды чехословацкого оружия в «район повышенной политической напряженности» и подчеркнув, что участие в такой операции американских граждан, использование американских самолетов являются «безответственными действиями», которые могут иметь «неблагоприятные последствия для национальной безопасности США». Президент на меморандум не отреагировал[27].
В своей открыто антиизраильской позиции директор ЦРУ был не одинок. Разделял ее и государственный секретарь Джордж Маршалл, намеревавшийся в июне заявить правительству Чехословакии официальный протест и не сделавший этого только по настойчивой рекомендации посла США в Праге. Тех же взглядов придерживались министр обороны Джеймс Форрестол и заместитель госсекретаря Роберт Ловетт. Более того, еще в середине января 1948 г. представитель США в ООН Уоррен Остин прямо заявил: Соединенные Штаты больше не считают резолюцию Генеральной Ассамблеи от 29 ноября приемлемой для решения палестинской проблемы; предлагают отказаться от принятого плана и ввести прямую опеку ООН над единой Палестиной. Трумэн, возмущенный явным противодействием своей политике, дезавуировал речь Остина в письменном заявлении [28].
Схожую ситуацию разлада можно было наблюдать в то время и в Москве. 26 марта 1948 г. Абакумов, явно не без ведома своего куратора А.А. Кузнецова, направил в ЦК свою вторую по счету записку «О Еврейском антифашистском комитете», где вновь обратил внимание членов ПБ на проповедь членами комитета национализма.
