Деспотизм с его мощными стимулами ко лжи и отсутствием институционализированных консультационных и корректирующих механизмов особенно подвержен стратегическим ошибкам, и все же деспотические системы — и деспоты — способны к обучению. Зимняя война стала началом запоздалого военного переобучения Сталина, нужда в котором назрела уже давно[4459]. Еще до финских событий гражданская война в Испании дала ценный непосредственный опыт диверсионных операций в тылу у врага, позволила проверить в бою советские системы оружия, а также ознакомиться с арсеналом нацистской Германии. Эта важная информация собиралась по инициативе советских военных, в большинстве своем уничтоженных Сталиным, однако собранные данные и их анализ остались в распоряжении их преемников. Появилась возможность разбирать в советских военных школах конкретные сражения испанской войны с тем, чтобы усваивать тактические и оперативные уроки действий артиллерии, танков, авиации, флота и комбинированных операций, причем многое из этого было опубликовано в армейской газете «Красная звезда», предназначаясь для самой широкой аудитории. Ворошилов и его помощники отбирали важнейшие материалы по Испании и знакомили с ними Сталина[4460].
Некоторые ключевые уроки, выведенные из испанского опыта, оказались совершенно ошибочными. Например, Кулик полагал, что не надо было использовать крупные механизированные танковые части, поскольку в Испании пехота не могла поспевать за танками[4461]. Он едва ли был одинок в этом заблуждении, но Тухачевский и другие лежали в могилах, заблуждение Кулика по большей части никто не оспаривал, и Сталин дал добро на расформирование отдельных механизированных танковых частей Красной армии. Уроки пограничной войны с Японией отфильтровал Жуков, который застрял в Улан-Баторе. В своем обширном отчете он называл некомпетентного командира, отрешенного им от должности, «преступником» и обращал внимание на проблемы, проистекавшие из плохой связи на поле боя и слабо поставленной разведки, но в целом называл эти бои «победой, которую, по моему мнению, должны тщательно изучать все командиры». Этот документ был дописан только в ноябре 1939 года, когда планы Зимней войны уже были составлены[4462]. Однако Жуков и Штерн в порядке импровизации возродили отдельные механизированные части и продемонстрировали на практике потрясающую эффективность массированного применения танков и авиации. И теперь, после Финляндии, такие части с запозданием формировались заново. Тем не менее в ходе обсуждения финской войны в апреле 1940 года Сталин в присутствии множества военачальников умалял блестящую победу в пограничной войне 1939 года с Японией[4463].
Развитие военной техники включает стратегические решения, связанные с наличием производственных мощностей и запасных частей, расходами, легкостью использования и ремонта силами бойцов, и, разумеется, боевой эффективностью — причем последствия всех этих решений проявляются не сразу. Между тем вражеская техника тоже может совершенствоваться[4464]. Последствия ошибок могут оказаться колоссальными. Вскоре Кулик помешал установке передовых пушек Ф-34 на танк Т-34, запущенный в массовое производство осенью 1940 года — главным образом потому, что не он был инициатором создания этого превосходного орудия[4465].
Один из суровых уроков испанской войны, выученных советскими военными, состоял в утрате изначального преимущества в авиации. СССР выигрывал количественную гонку вооружений с нацистской Германией, выпустив в 1936 году 4270 самолетов (против 5112 в Германии), в 1937 году — 6039 (в Германии — 5606), в 1938 году — 7727 (в Германии — 5235) и в 1939 году — 10 362 (в Германии — 8295)[4466]. Однако качество немецких самолетов повысилось более значительно. Немцы пошли в отрыв благодаря своему усовершенствованному бомбардировщику Хейнкеля (He-111), способному брать нагрузку в 3 тысяч фунтов бомб, и истребителю Мессершмитта (Bf-109) с дальностью в 400 миль, высокой скоростью набора высоты, пуленепробиваемым топливным баком и максимальной скоростью 350 миль в час, продемонстрировавшему свои смертоносные качества в Гернике[4467]. Запоздалым советским ответом стали самолеты Як-1, Як-7, МиГ-3, ЛаГГ-3, появившиеся в 1940 году, но лишь в качестве опытных образцов.
