В тот вечер Сталин заявил, что ему не понравилось, что в «Законе жизни» те персонажи, которые разоблачают врагов, таких как главный герой, студент и комсомолец, изображены как не вполне советские люди. «У нас, например, миллионов 25–30 людей голодало, хлеба не хватало, а вот теперь стали жить хорошо, — неожиданно признал Сталин. — Вот враги внутри партии прикидывали так — это немцам отдадим, это японцам, на наш век хватит земли. А у нас повернулось наоборот, никому ничего не даем, а наоборот, расширяем фронт социализма… это благоприятно для человечества, ведь счастливыми себя считают литовцы, западные белорусы, бессарабцы, которых мы избавили от гнета помещиков, капиталистов, полицейских и всякой другой сволочи… А с точки зрения борьбы сил в мировом масштабе между социализмом и капитализмом это большой плюс, потому что мы расширяем фронт социализма и сокращаем фронт капитализма»[4673]. После полуночи он удалился к себе в «Уголок» вместе со Ждановым, Молотовым и Берией[4674].
Вследствие отданного в июле 1940 года секретного приказа Гитлера о наращивании и без того крупных немецких вооруженных сил поставки в Советский Союз сильно отставали от договорных обязательств. В порядке демонстрации силы Сталин в августе велел своим торговым представителям довести до сведения немцев, что советские власти будут сокращать все поставки, включая нефть[4675]. У Германии после оккупации Франции, Нидерландов, Бельгии, Дании и Норвегии было больше вариантов, чем когда-либо прежде, при наличии еще и крепких коммерческих связей с нейтральной Швецией и союзной Румынией. Более того, зависимость от Советского Союза вызывала все большее раздражение. Даже если бы Сталин был готов возобновить, а может быть, даже и увеличить поставки, было бы лучше, как выразился нацистский министр экономики, не быть «в зависимости от сил и держав, на которые не распространяется наше влияние»[4676]. К 1 сентября, согласно докладу нового начальника советской военной разведки генерал-лейтенанта Филиппа Голикова, адресованному Сталину, Молотову, Берии и армейскому верховному командованию, число немецких дивизий в Восточной Пруссии, бывшей Польше, Чехии, Моравии и Австрии по сравнению с 15 июня выросло с 27 до 94[4677].
31 августа 1940 года Молотов принял Шуленбурга и указал ему, что Германия нарушила пакт, не проведя консультаций с СССР до своих действий в Венгрии и Румынии. 2 сентября советский посол в Берлине Шкварцев получил аудиенцию у Риббентропа, который заявил по поводу пакта: «Разделяю полностью Ваше удовлетворение и думаю, что этот год принес большие выгоды как Германии, так и России. Германия одержала большие победы и будет одерживать их». В тот же день Шкварцев обратился к Молотову с просьбой, чтобы в Берлин не посылали жен и детей дипломатов «ввиду систематических почти ежедневных бомбардировок Берлина» англичанами[4678]. 3 сентября ТАСС объявило о подписании в Берлине договора с Германией о пограничных правовых отношениях, причем отмечалось, что «переговоры протекали в благожелательной атмосфере»[4679].
Отт, немецкий посол в Токио, получил указание уведомить союзницу Германии, как сообщал в Москву Зорге, «что немецкие войска, которые были посланы к восточной границе, не имеют какого-либо отношения к СССР. Они были посланы туда, потому что в них нет большой нужды во Франции, а время роспуска еще не настало»[4680]. 6 сентября Йодль отдал секретный приказ, в котором разъяснялось, что сосредоточение сил на востоке в грядущие недели еще больше ускорится[4681]. Одновременно с этим адмирал Редер 6 и 18 сентября представил подробные планы периферийной стратегии против Англии[4682]. В том же месяце была составлена директива Гитлера № 18 относительно войны в Средиземноморье и на Ближнем Востоке. Может быть, она и была причиной крупномасштабного сосредоточения войск не только в оккупированной нацистами Польше, но и в Юго-Восточной Европе?
Сталин в это время изучал записку, составленную после падения Франции Евгением Варгой, директором московского Института мировой экономики и международных отношений и давним внешнеполитическим советником Сталина. Варга утверждал, что между Англией и США исчезли все противоречия, вследствие чего последние вступят в войну против стран оси. «Тов. Варга! — ответил Сталин 12 сентября. — Ваше толкование совершенно правильно… Дело… изменилось в корне после того, как Германия разбила Францию и получила в свои руки почти все ресурсы европейского континента, а Англия лишилась Франции. Теперь блок Германии, Италии и Японии угрожает не только Англии, но и США. Ввиду этого блок между Англией и США против германо-итало-японского блока представляет естественный результат такого оборота международных дел. С комприветом»[4683].
