— Остановите! Наверно, его там ранило!
Водитель даже не сбавил скорость, хотя ему и кричали, и стучали, чтоб остановился.
Кто-то ругнулся и сказал:
— Ладно, поехали. Что, в самом деле из-за одного Куусисто… Где мы его там будем искать?.. Да подберут и без нас, если есть что подбирать.
Навстречу шла артиллерия. Тяжелый миномет устанавливали возле дороги, спешно оборудуя позицию. Хейно забеспокоился:
— Неужели линия прорвана? Как там наши ребята?
Никто ему не ответил. Снова раздался крик: «Воздух», — и транспортер, не сбавляя ходу, перемахнул через канаву и скрылся в лесу.
Куусисто лежал ничком под кустами и плакал как малый ребенок. То им снова овладевал страх и хотелось бежать дальше без оглядки, то стыд подавлял все остальные чувства. «Куда я денусь теперь? Что скажут ребята? А капитан?.. Убежали, бросили товарищей! Пол трибунал!.. Или просто пристрелит меня на месте?»
Куусисто всего трясло, как в лихорадке. «Что скажут дома, если узнают?» Больше он не думал о родине, о под. вигах, о повышении «за личную храбрость». Все мысли были о том, как выпутаться, как выбраться отсюда.
Где-то все еще рокотали самолеты, кругом стоял грохот. С дороги доносились крики и конский храп. Далеко в стороне к небу вздымалось дымное облако. Там все еще горели бараки. У Куусисто мурашки побежали по спине. Где-то там должны быть и свои ребята, если они живые. «Что, если они ждут меня?»
Он встал и прислушался. Штурмовиков не было слышно, и канонада была настолько далека, что можно было спокойно идти. Но куда? «Что, если пойти к капитану и попроситься в школу младших офицеров? Или пойти сказать, что я болен? Скажу, что меня контузило и я потерял сознание от удара взрывной волны!»
Куусисто даже повеселел от этой мысли. «Этому он поверит! И меня могут даже отправить в госпиталь. Да, но где же моя винтовка?»
Как ни искал он, винтовки не было и в помине. Страх настолько отшиб память, что он даже приблизительно не мог вспомнить, как оказался здесь. Каким путем, через какие места он бежал? «Винтовка, наверно, осталась у той каменной глыбы. А если там ребята все еще ждут меня? Нет, нет, туда я не пойду! Не пойду! ИЛы могут налететь снова. Я скажу, что мою винтовку разбило снарядом!»
Куусисто стал пробираться к дороге, время от времени останавливаясь и прислушиваясь. Со стороны фронта по-прежнему слышался грохот канонады. Казалось, он приближался.
Куусисто все прибавлял шагу и в конце концов пустился бегом. Выбравшись на дорогу, он бежал по обочине, пока не кончился лес. А там уже была видна знакомая деревня. Раненые брели по кюветам вдоль дороги.
С минуту Куусисто колебался, стараясь побороть подступающий к сердцу страх, но потом решился и очертя голову побежал в деревню. Перед командным пунктом дивизиона стояли шеренгой солдаты, и капитан расхаживал перед строем. «Это ребята с первого орудия. Наверно, они отправляются снова на линию. И я могу попасть в их компанию».
Беглец лег и прижался к земле. В это время в воздухе снова заревели моторы. Самолетов было много, и новые вылетали из-за леса как шмели. Они проносились низко над головой, но не стреляли. Потом где-то дальше, в тылу загремели разрывы бомб. Куусисто поднял голову. К командному пункту дивизиона подъехал грузовик. Ребята с первого орудия быстро вскочили в него, и машина рванулась с места. Сзади на крюке моталась и подпрыгивала пушка. Куусисто, пригнувшись, побежал к деревне. Едва он вбежал во двор дома, капитан Суокас вышел на крыльцо.
— Что такое? Где остальные?
— Господин капитан! — выпалил Куусисто, подтянувшись и щелкнув каблуками. — Я не знаю. Я потерял сознание, когда рядом упала бомба. Когда я очнулся, все они куда-то исчезли.
В это мгновение послышался нарастающий вой снарядов. Куусисто бросился на землю. Но сразу вскочил, когда капитан гаркнул:
— Стоять смирно, когда говорите с командиром!
Невдалеке раздался взрыв, но Суокас и глазом не
моргнул.
— Столько солдат и транспортер вдруг исчезли?! Вы лжете! Это вы сбежали! Никаких объяснений! Думаете, я не знаю, что бывает, когда бомба падает рядом? Я видел, как люди теряют сознание при взрыве! У них совсем другой вид!
Куусисто задрожал всем телом, даже коленки заходили. Вид капитана не предвещал ничего хорошего. «Он может сам расстрелять меня тут же на месте!»
— Господин капитан, — забормотал он, но Суокас взорвался:
— Молчать! Как вы смеете перебивать командира! Смотрите, на кого вы похожи! Вас надо отдать под трибунал и расстрелять за дезертирство перед строем!.. Но я вас прощаю, с условием, что вы немедленно вернетесь к своему орудию. И будете при нем. Ну, что еще? Вы не знаете, где ваше орудие? Я этого тоже не знаю. Ищите и найдите его!
Шофер капитана, подошедший в эту минуту, сказал: — Оно, наверно, на прежнем месте или ближе сюда — по этой дороге. Так что иди, пока не наткнешься.
Снова раздался свист. Теперь и капитан бросился на землю, снаряды стали рваться совсем близко. Осколки зацокали по стене дома и по крыльцу.
Когда все стихло, капитан скомандовал: «Встать!» — видя, что Куусисто словно прирос к земле и никак не может от нее оторваться.
