Я представил, как все могло бы быть: Син Хэрян нес бы Пэк Эён, а я, как герой боевика, прикрывал бы их, стреляя и ловко уворачиваясь от града пуль. Мы с триумфом выбрались бы из подводной ловушки. И, конечно, спасли бы Со Чжихёка и Ю Гыми. С такими мыслями я надел рюкзак со змеей на грудь, чтобы не мешал, и с помощью Син Хэряна осторожно взвалил на спину бессознательную Пэк Эён. Ох… В бесчувственном состоянии человек весит куда больше… И почему я не занялся спортом раньше?!
На отметке минус шестьдесят метров мы с Син Хэряном начали готовиться к выходу. Я твердо решил: если выберусь отсюда живым, больше никогда не сяду в фуникулер. И по лестницам ходить не буду! Даже в лифт больше не зайду! Но тут же мелькнула мысль: «А как тогда жить в обществе?» – и я тихо рассмеялся. Син Хэрян посмотрел на меня с недоумением, но не сказал ни слова: он стоял у выхода из фуникулера, вскинув оружие, готовый к любым неожиданностям.
И вдруг раздался странный звук, похожий на рычание. Все время поездки было тихо – то ли кабина не пропускала никаких звуков, то ли в океане звуков просто нет, – и тишину нарушало только наше дыхание. Мы с Син Хэряном синхронно задрали головы и посмотрели на потолок.
– А?
Одновременно я почувствовал, как ноги отрываются от пола. Меня резко бросило вперед, что-то твердое ударило меня в грудь, и, придя в себя, я осознал, что лежу на Син Хэряне, который принял удар на себя и своим телом смягчил приземление для нас с Пэк Эён. Он нахмурился, глядя на потолок кабинки.
– Это что еще…
– Что?
Звуков больше не было, но кабинка вдруг резко накренилась сначала вправо, потом влево и начала раскачиваться из стороны в сторону. Мы перекатывались с одного края на другой, словно фасолины в банке, ударяясь о ножки кресел. Если бы мы стояли, нас бы уже нещадно швыряло от стены к стене. Что происходило? Что случилось?
Син Хэрян, похоже, понял что и резко притянул меня ближе, крепко удерживая нас с Пэк Эён в своих объятиях. Лицо его было мрачным.
– Оборвался кабель, ведущий ко Второй базе.
– Что?
– Мы скоро упадем.
– Что-что? Упадем?!
В следующее мгновение кабинка сорвалась вниз. Как я это понял? Мое тело словно взмыло в воздух. Рюкзак Пэк Эён и бутылочка виски тоже взмыли вверх и ударились о потолок. Мы с Пэк Эён не последовали за ними только потому, что Син Хэрян крепко держал нас, обхватив ногами закрепленное сиденье. Я, в свою очередь, вцепился в ноги Пэк Эён, которая находилась у меня за спиной.
Падение казалось бесконечным, затем кабинка резко остановилась. Наверное, кабель за что-то зацепился. Все предметы, которые зависли в воздухе, включая бутылку, с грохотом обрушились на нас, лежавших на полу. Бутылочка ударила меня прямо по бедру и покатилась по полу. Я невольно зажмурился от боли, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. Забавно, но чертова бутылочка даже не разбилась, а вот мое бедро, казалось, разнесла в щепки.
Собрав остатки сил, я прохрипел:
– Почему порвался кабель? Его сделали из резинки, что ли?
– Судя по таймингу, Четвертая подводная база обрушилась, и это вызвало цепную реакцию – остальные базы тоже рушатся.
– Когда одна база рушится, разве другие не остаются целыми?!
– Структурно все четыре связаны между собой.
– Вот же хреновая конструкция!
Стоило мне выругаться, как кабинка снова сорвалась вниз. Мы с грохотом врезались в другую кабинку, уже лежавшую на дне. Я замер от ужаса и поднял голову, только чтобы увидеть, что другие фуникулеры уже летят прямо на нас.
Чья-то рука резко прижала мою голову к полу кабины. Послышался чудовищный грохот, от которого, казалось, разорвутся барабанные перепонки.
Открыв наконец глаза, я понял, что, несмотря на весь кошмар, я все еще в сознании. Это показалось мне настоящим проклятием.
Оглядевшись, я увидел рядом Пэк Эён и Син Хэряна. Оцепенев, я потряс Пэк Эён за плечо и, не сводя взгляда с Син Хэряна, позвал:
– Хэрян? Син Хэрян? Пэк Эён? Пэк Эён! Пожалуйста, очнитесь!
Кабинка, в которой мы находились, была вся искорежена. Нижняя кабинка и та, что упала сверху, сильно повредили пол и потолок. Через пробитые части начала поступать морская вода. Я выполз из-под Пэк Эён и Син Хэряна и только тогда заметил, что металлическая балка пробила Пэк Эён грудь и шею. В ушах стоял звон – долгий и пронзительный, но постепенно он затихал. Дрожащими руками я попытался нащупать у Пэк Эён пульс, она была уже мертва.
Она умерла мгновенно, она не чувствовала боли, убеждал я себя, заливаясь слезами и глядя на свои руки, покрытые ее кровью. Я попытался оттащить Син Хэряна с ее тела, но он застонал, и я мгновенно отпустил его. Лишь тогда я заметил, что его бедро и голень залиты кровью. Похоже, их рассекло разбитое стекло кабины. Я впервые обратил внимание на толщину этого стекла – оно было больше моей ладони в ширину.
