Сама того не замечая, начинаю всё явственнее ерзать задом у него между ног.
И минут через десять безмолвного киносеанса слышу шумный вздох...
Глава 18 Марк
"Между нами ничего не будет, пока не попросишь." Зачем я это сказал?! Кто меня за язык тянул?
Держать Софью в руках и чувствовать, как она виляет задом, устраиваясь удобнее... просто адище! Ведь понимает, наверно, что я сейчас взорвусь... но молчит.
Поначалу еще гладил её животик. Но пальцы уже секунд через тридцать скрючило от запретного желания всю её как следует облапать.
Может, уйти в спальню? Контрастный душ принять? Не сдержусь ведь и завалю её сейчас.. И тогда – прощай перспектива заполучить её себе на подольше. Слишком гордая и злопамятная.
Соня отстраняется и тянется за кружкой. Отпивает и снова облокачивается на меня. Но теперь ложится боком и прижимается щекой к моей груди.
Обнимаю. Зарываюсь лицом в лохматую макушку и целую, вдыхая уже знакомый фруктово-древесный аромат.
Видимо, фильм на неё так благотворно действует – ластится, словно домашняя кошка.
Похоже, что и мне передалось её романтическое настроение – хочется обниматься и прижимать к себе крепче, чтобы косточки хрустнули. И чтобы можно было делать всё, что душе угодно.
А душе моей сейчас угодно во всём потакать желаниям тела.
Приподнимаю Сонин подбородок и осторожно касаюсь губ. Не давлю, мягко ласкаю, ловя её сбившееся дыхание.
Вот. Можно же просто целовать, пока не попросит о чём-нибудь еще?
Горячая... очень вкусная... Не сопротивляется, целует в ответ.
Минуту, другую... Мне этого чертовски мало. Хочу раздеть её и подмять под себя.
Чувства и нервы на пределе – я неотвратимо приближаюсь к точке невозврата.
Сдаюсь и выдыхаю ей в губы:
- Сейчас умру...
- Не раньше, чем я покажу тебя папе... – шепчет Соня, на секунду прерывая поцелуй.
- Тогда прекращай меня мучить.
Рывком стягиваю с неё спортивную кофту, следом майку. И впиваюсь в обнажившиеся холмики губами, зубами, пальцами... всем, что есть.
Софья вскрикивает и вонзает короткие острые ноготки мне в плечо.
- Больно?
- Нет! – она стонет. – Ещё....
Ещё так еще... Глажу, кусаю, облизываю розовые вершинки, вырывая из её груди больше стонов. В очередной раз думаю, какая же она вся складная. И снова в голове крутится это слово – "идеальная". Она идеальная для меня.
Почти весь день и всю ночь перед вылетом мы с Софьей провели в постели.
Быстро поняли, что стоит нам заговорить даже на самую нейтральную тему – тут же ссоримся. Поэтому, старались ничего особенно не обсуждать. Тем более, наши дальнейшие отношения.
Нам хорошо вместе – это неоспоримый факт. Кайфую от того, какая она непосредственная, открытая, живая. Ни грамма фальши и притворства.
И даже то, что она и не думает мне угождать - нравится тоже. Не в пример моей бывшей девушке Марине.
В тех отношениях, которые длились более двух лет, было всё предсказуемо и понятно. Я даю ей всё, что захочет, в материальном плане. Она – красивая послушная игрушка без права на собственное мнение.
Поначалу решил, что и с Софьей такой формат отношений станет идеальным. И понадобилось время, чтобы понять, что она за человек. И признать, как в ней ошибся, поставив её в один ряд со всеми своими бывшими.
Иначе устроены её мозги. Папа-полковник воспитал из девчушки с ангельской внешностью настоящего бойца.
Ах, ты деньги посмел предложить? Получай по яйцам! Назвал шлюхой? Останешься без глаз!
Так почему же она отдалась мне тогда? Точно не из-за страха.
Значит, я ей нравлюсь. Наверное, даже очень... Поупирается еще немного для приличия, и сдастся.
Сижу и улыбаюсь, как дурак.
- Что? – хмурится Софья.
Обнимаю её, смотря в даль за окном. Кроме мелькающих сквозь снегопад огней совсем ничего не видно.
Из-за метели большинство рейсов отменили, и нам пришлось спешно искать другой вариант добраться домой.
Я выкупил купе в поезде Гранд Экспресс. И предстоящая ночь обещает быть ничуть не хуже, чем предыдущие две в отеле.
- Нравится здесь?
- Да. Но поспать несколько часов до Москвы можно было бы и без этих понтов за пол сотни рублей.
Опять недовольна мной. И так во всём. Кроме секса.
- Дело не в понтах, Соня. А в приватности. Я плачу за дистанцию между нами и кучей посторонних людей. Приватность, это привилегия для публичного человека, который всегда на виду. Привыкай.
Убираю с её плеча тяжёлые волнистые пряди, освобождая шею. И касаюсь поцелуем нежной бархатной кожи. Сжимаю несильно холмик груди под свитером. И привлекаю к себе теснее.
Она склоняет голову, подставляя мне шею.
- Для тебя очень важна... эээ... интимная сторона жизни, да?
Опять начинает язвить?
- Что ты имеешь в виду?
- Ты слишком много времени тратишь на секс. И когда только успеваешь работать?
Не пойму, она осуждает? Или просто по обыкновению пытается поддеть. Решаю не вдаваться сейчас в её мотивы.
- Это с тобой.
- Правда?
- Правда. У меня почти месяц никого не было до того, как я впервые привёз тебя к себе.
- Вот почему ты набросился на меня, как зверь...
- И поэтому тоже.
- А еще почему?
