Все комнаты, попадавшиеся на первом этаже, оказывались молельнями или чуланам с кучей ритуальных побрякушек. Второй этаж так же не принес ничего интересного, разве что в самом конце длинного коридора Аленика обнаружила дверцу, которая была подозрительно хорошо заперта.
– Да что им там прятать, этим святошам!? – изумилась она, недоуменно рассматривая огромный засов.
О любопытстве леннайев ходили легенды, но те, кто их сочинял, никогда не слышали про скахтьярнов.
Аленика окунулась в тень и протиснулась в тонкую щелочку между досками на двери. Стоило ей оказаться по ту сторону и обрести зрение, ее губы сами собой растянулись в улыбке, а маленькое сердце забилось от зловещего восторга.
В самом центре небольшой комнаты стояла вешалка, походящая на мужской торс. На ней висел вышитый золотом белый кафтан и тяжелый роскошный плащ, украшенные жемчугом сапоги стояли чуть ниже, перчатки и пояс покоились на высоком столике справа, а вот слева… Слева на таком же столике на красной бархатной подушке покоилась величественная золотая корона, с фигурными зубцами, усыпанными самоцветами.
Это были церемониальные одежды короля.
Ключ от замка на засове хранился у главы церкви на шее, сам засов могли поднять только трое монахов – ведь на него был наложен мощнейший оберег. Тем, кто должен был заботиться о сохранности королевской одежды, и в голову не могла прийти, что предполагаемый вор и не подумает прикасаться ни к замку, ни к засову.
Замирая от восторга, Аленика подошла к короне и, поводив над ней руками, ища обереги из белого пламени, все же взяла ее в руки. Корона оказалась тяжелой и холодной, а камни на зубцах немного царапали пальцы.
Подержав корону в руках достаточно долго, девушка поняла, что вещица ей нравится. Недолго думая, она нацепила ее на голову и скользнула обратно в тень.
В коридор она вышла уже коронованной особой, и, надо заметить, даже походка у нее изменилась. Ей нравилось приятная тяжесть, холодящая лоб, и появившееся ощущение собственной значимости. Возможно, она выглядела нелепо в короне, нацепленной поверх капюшона, но сейчас ей нужны свободные руки.
Размышляя о своей выходке, нелюдь исследовала коридор, заходила в комнату за комнатой, но так и не находила ничего значимого. На третьем этаже стали попадаться кельи, в которых храпели или молились священнослужители. Аленика проходила прямо у них за спинами, свет от их свечей касался мысков ее сапог, но девушка так и оставалась незамеченной. От этого по ее спине бегали приятные мурашки.
Интересно, что нужно сделать, чтобы ее заметили? Внезапно чихнуть или, может, помахать рукой у них перед носом? Кто бы мог подумать, что проникнуть в самое сердце церкви так просто…
Один из молящихся монахов показался ей особенно странным. Гладкий лысый череп с татуировками, тщательно выбритый подбородок – очень необычно для служителя Клевора. К тому же, он не стоял на коленях, как остальные, и не упирал лоб в пол, вместо этого скрестил ноги и, вытянув руки вдоль бедер, тянулся макушкой вверх. Его глаза оставались закрыты, а дыхание было настолько медленным, что можно было решить, будто он и вовсе не дышит.
Еще одна странность – его комната. Именно комната, а не келья. Она была намного просторнее, чем у остальных, имелись стол и шкаф, причем на столе довольно дорогие письменные приборы. Помимо принадлежностей для письма девушка заметила и другие инструменты, предназначение которых ей осталось неясно.
– Кто здесь? – раздраженно проворчал монах спустя пару секунд, которые нелюдь задержалась у его порога. Глаз он так и не открыл, но Аленика поняла, что он заметил ее по ауре. К счастью, в той не было ни следа магии, и девушка могла сойти за проходящую мимо монашку – если они только тут были. – Могу я спокойно помедитировать хотя бы в час ночи?… – голос, с трудом удерживающий раздражение.
Не желая дальше испытывать судьбу, Аленика отошла от порога и неспеша побрела дальше. Но стоило ей сделать пару шагов, как из темноты прямо на нее налетел другой монах.
Корона полетела вниз и со звоном ударилась о пол, священнослужитель испуганно закричал.
Не прошло и секунды, как нелюдь схватила корону и оказалась в безопасной тени, но монах кричал еще долго. Он перебудил весь этаж, медитирующий ворчун выскочил на его крик, как и все остальные.
Коридор заполнил губительный свет от свечей, он отрезал Аленику от выхода и ей пришлось уйти глубже в церковь. Ситуация становилась опасной, стоит кому-нибудь пройти с другого конца коридора со своей свечкой, нелюдь окажется между двух пятен света, которые неизбежно сомкнуться, вынудив ее выйти из тени прямо в толпу монахов!
– Что стряслось, зачем ты так орешь, во имя Клевора!?
– Вор! Я видел вора! В темной куртке с капюшоном, у него была корона!
– И где он!?
– Наверное, побежал к выходу!
– Но я не слышал топота, а вышел почти сразу же!
– Здесь действительно стояла женщина, пока он не пришел.
– Раз вы, отец Мартин, тоже видели ее… Что ж, тогда нужно как можно скорее найти воровку. Она наверняка побежала к выходу. Мури, немедленно к колоколам и бей тревогу!