Вошедший тут же зажег свет – яркое белое свечение. Оно проникло во все щели, оставив только крошечную полоску тени глубоко под кроватью. Аленика забилась в нее, молясь, чтобы губительный свет не двинулся дальше.
Находясь на изнанке мира, нелюдь не могла видеть очертания предметов, лишь чувствовать их форму там, где находилась, и места, которых касается свет. Но она хорошо слышала.
Хозяин комнаты обнаружил у порога грязную лужу и ему это не понравилось. Он кинулся к окну, но там не нашел никаких следов, затем к шкафу, а после – под кровать. В момент, когда он нагнулся со своей сияющей рукой, Аленика успела скользнуть выше, в тень, образовавшуюся на стене. Когда же монах вылез из-под кровати, нелюдь вернулась обратно. Этот несложный трюк спас ей жизнь.
Вскоре появилась обыкновенная свеча, и девушка возблагодарила богов. Этот свет для нее был и вполовину не так опасен, как тот, что дарован самим Клевором.
Монах еще некоторое время ходил по комнате, постоял возле стола, а затем вышел, чтобы позвать уборщика. Дверь снова оказалась крепко заперта.
Как только священнослужитель ушел, Аленика выскользнула из-под кровати и устремилась к окну, но тут теневое зрение указало на одно важное изменение, произошедшее в комнате. На столе появился конверт.
Времени на раздумья не было, девушка знала, что должна сделать. Она метнулась к столу.
Острые когти позволили аккуратно раскрыть склеенную часть. Когда конверт был открыт, Аленика достала сложенную бумагу и начала читать, освещая буквы зеленым магическим пламенем.
«Довожу до вас приятную новость: дело с особняком Непервых можно считать улаженным. Как ни странно, Демонтин оказал нам большую услугу своей выходкой. Обвиненная ведьма, наконец, признана мертвой, а граф Непервый в ближайшие дни внесет большие пожертвования. Он убит горем и мечтает передать нам все свое состояние, чтобы помочь в благой борьбе с темными магами. Я убедил его поговорить с вами лично, он будет ждать в полдень в четвертый день месяца у дверей главного храма. В.К.»
Аленика пробежалась по строкам несколько раз, не веря своим глазам. Зачем кому-то отчитываться перед святым отцом за поджог особняка? Откуда в церкви известно про Демонтина?
Эти вопросы жужжали в голове раскаленными мухами, девушка застыла, пытаясь связать прочитанное с расследованием Валдиса. В коридоре у самой двери раздались голоса, времени не оставалось.
Пока ключ поворачивался в скважине, нелюдь сунула письмо в конверт и, облизав края, залепила их. Дверь уже была открыта, внутрь комнаты лился свет, но Аленика успела к окну до того, как последний лоскут тени растаял под взглядом керосиновой лампы.
Спустившись на землю по тени на стене, нелюдь на секунду вернулась в живое тело, но тут же исчезла вновь: задерживаться у церкви дальше было слишком опасно. Она добралась до парка, вытащила свой мешок из дерева и спрятала там корону, затем по теням выбралась из города.
Когда девушка оказалась у реки, она едва не теряла сознание от усталости, однако страх заставлял ее идти дальше. Она снова нырнула в тени, стараясь не обращать внимания на острые блики лунного света на речных камнях.
***
Утро выдалось на диво солнечным, Свист с удовольствием наблюдал за тем, как лучи играют на опавшей листве перед его домом. Оборотень пил утренний травяной отвар и щурил глаза, наслаждаясь мгновениями покоя.
Сначала он услышал шаги, потом тяжелое дыхание – кто-то приближался к его хижине. Но ничто из этого не заставило оборотня сдвинуться с места или хотя бы открыть глаза. Зато Равва навострила уши в ожидании.
Вскоре на полянку вышла Аленика. От усталости ее кожа была почти серой, тяжелые мешок давил на хрупкие плечи, но все же девушка шла прямо и уверенно, хоть и медленно.
– Ты ведь знал, что я иду, – проворчала она, взглянув на умиротворенное лицо Свиста. Его брови дрогнули. – Мог бы и помочь!
– Видишь, как мне хорошо без тебя? – монотонно проговорил Свит, не меняя расслабленной позы и умиротворенного выражения лица. – Вот и уходи, откуда пришла, ушастая.
Наконец он открыл глаза. Первое, что он увидели, – нелюдь умудрилась где-то найти первоклассную одежду. Он бы и сам от такой куртки не отказался!
– Ну и где моя корона? – спросил он, нахмурившись. – Мы же договаривались!
Аленика сдула нависшую на здоровый глаз черную прядь. Она сгрузила свой мешок на землю, развязала шнурки и вынула оттуда крупный предмет, который тут же полетел в оборотня.
Свист поймал его в воздухе, он сделал это чисто инстинктивно, еще не понимая, что именно ему кинули.
Нелюдь стояла и смотрела на лицо оборотня, ловя каждое изменение в мимике, и ее губы медленно расползались в улыбке.
– Ты?…
В груди стало тепло и сладко.
– Да это подделка!…
О это чудное чувство…
– Да ведь двух дней даже не прошло, ты что, издеваешься!?… Она не может быть настоящей!… – Свист, скрестив ноги, вертел корону в руках, ища хоть какие-нибудь признаки того, что перед ним липа. Но он не находил их! – Я не верю, ты не могла этого сделать! Не могла стащить королевскую корону из-за одной только дурацкой шутки!…