В гробницу Истэка попасть пока не мог, но свитков, как думал Ванд, ему хватит до тех пор, пока не решатся политические проблемы. Ученые люди хозяина годами корпели над этими манускриптами, но проклятый маг разобрал их за несколько недель, заявив, что почти все – полная бессмыслица, не имеющая никакой ценности! Ванд перепугался, что после этого Демонтин откажется работать дальше, Истэка так тогда и заявил, что тратит время попусту, возясь со старыми сказками. Однако хозяин Ванда вызвал Демонтина куда-то на пару дней, и, вернувшись, маг сказал, что останется и будет ждать, пока гробницы освободят. Мол, на мумий представителей первой расы ему посмотреть все-таки любопытно.
Куп тогда вздохнул с облегчением – последнее, что он собирался делать в своей жизни, это разочаровывать своего хозяина, который ясно дал понять, что Демонтин нужен ему, причем любой ценой. Однако, как оказалось, колдуна ежесекундно одолевал ужасный недуг: скука, страшнейшая из напастей! Истэка готов был замучить до смерти всякого, кто попадался ему на глаза, лишь бы испытать что-то новое. И, когда манускрипты Демонтин выучил наизусть, он принялся за окружающих.
Если подушки были недостаточно мягкие, Купу приходилось взбивать их лично, если вода в умывальнике была не такой теплой, как надо, она выливалась в шляпу – и чья была шляпа, догадаться несложно. Если ровно в полдень не было чая, Демонтин закатывал скандал, если служанка надевала фартук не того цвета, в котором он увидел ее в первый раз, ее приходилось заменять, если вид из окна не радовал глаз мага, все его вещи переносились в другую комнату. Иногда такие переезды были по три раза в день, так что ученый за месяц пребывания в замке пожил во всех его комнатах, а их было сто одиннадцать.
Демонтину понадобилась собака – ему купили щенка; захотелось на охоту – сводили на охоту, чтобы он распугал все зверье до зимы и потерял там щенка; вспомнилось детство – повесили качели; приспичило в театр – Ванд Куп вынужден был петь для этого дотошнейшего из ценителей, и пел он, пока напрочь не лишился голоса.
Пару дней назад Истэка начал «намекать», что в замке ему надоело, и он хочет еще куда-нибудь. Ванду пришлось писать друзьям своего покровителя, – сам он для этого был слишком занят, как и всегда, – под разными предлогами прося их принять у себя капризное рыжее чучело с императорскими запросами. Из всех, кому Куп написал, ответил только один, добродушный и наивный граф Непервый, от которого невозможно было получить отказ. В письме граф упомянул, что в его доме живет ребенок, который, как он надеется, не смутит гостя. Ванд Куп возблагодарил богов: Истэка обожал дурацкие детские игры. Теперь есть надежда на то, что чудовище отвлечется на ребенка, и Ванд хотя бы сможет выспаться. Ведь самому магу в день требовалось не больше трех-четырех часов сна, а Купу он спать дольше себя не давал.
Поместье графа Непервого находилось в одноименной столице Нейвера, добираться туда от места, где временно поселили Демонтина, было часов семь или восемь, – настоящий подарок для человека, не спавшего толком уже больше полугода. Как только маг уснул, Ванд попросил кучера ехать тихо и избегать кочек. Сам же Куп старался не дышать, лишь бы не разбудить Истэку. Стараниями талантливого подхалима, Демонтин, убаюканный качкой, сладко проспал до тех пор, пока бричка не въехала на участок графа Непервого.
Завидев гостей в окне, разодетый в парадную форму сутулый мужик выбежал их встречать. Без малейшего намека на почтение мужик схватил крепкими узловатыми руками все сумки разом и понес их в дом, не сказав ни слова.
Куп, немного озадаченный таким приемом, разбудил Демонтина и повел его в дом, где скрылся слуга.
– А как же скрипка?… – недоуменно зевал по дороге сонный маг. – У меня же нет скрипки, какой я скрипач без инструмента!?…
– Завтра, все завтра, сегодня уже поздно и все лавки закрыты, – объяснил Ванд, накидывая на плечи мага теплый плащ. Что будет, если Демонтин вдруг простудится, мужчина боялся даже представить. – Пойдемте в дом.
– О, а вот и гости пожаловали! – у двери их встретила полная улыбающаяся женщина. – Меня зовут Полли, я здесь за хозяйку! Проходите скорее, вам покажут комнаты.
– Здравствуйте, милая, – улыбнулся Истэка. Он снял пальто, сам повесил его, а потом подошел к женщине и обнял ее, как свою старую тетушку. – Не подскажите, куда пройти, чтобы умыться с дороги?
– В вашей комнате есть своя умывальная с ванной и нагревателем. Можете полежать в горячей водичке с дороги, а то ведь замерзли небось! – обрадованная Полли сердечно пожала руки мага и указала ему на лестницу. – Я вас сейчас провожу обоих.
– Прекрасно, – Истэка, продолжая улыбаться, осмотрелся вокруг, оценивая обстановку в прихожей. – Знаешь, Ванд, а мне тут нравится: обставлено уютно, лет сорок назад люди понимали толк в уюте. Так все светленько!
– Я счастлив, – улыбнулся ему Ванд, скрывая под своей улыбкой тысячу проклятий.