«Госсекретарь Шон»: – Софи подсветила строку язвительной пульсацией. – «Обнаруживает гипертрофированную реактивность на командные стимулы. Повышенные биомаркеры указывают на... репрессированную восприимчивость. Совет: Неотложная инструментальная калибровка реакций».
Молодой человек отвернулся от цифрового каталога утех. Взгляд утонул в иллюминаторе, где угольно-пурпурная пучина туманности клубилась, отражая вспышку – челнок вдалеке растворился в плазменном шаре. Десятки душ – прах. Бездна в груди стянулась ледяным кольцом. Нужно что-то живое... или уродливая имитация. Власть. Взгляд скользнул к голопанели. Минди. В паутине мелких спазмов. Запертая. С этим запечатанным... аксессуаром.
-Пусть оденет и продемонстрирует зажимы, – бросил юноша монотонно, словно читал некролог, – Сноска: "Полевые испытания конфиската класса 9-А требуются для инвентаризации. Предоставить эксплуатационный отчёт к утреннему циклу станции".
Свечение Софи вспыхнуло – синий луч, почти ликующий.
Безжалостно элегантно, военный лев. Адаптирую лексикон под её... административный фетиш. Добавлен PS: Неисполнение повлияет на квартальный рейтинг эффективности и бюджетные потоки Сектора-G.
Голос ИИ вдруг сцепился с нервной системой – не слышимый, а ощущаемый в костном мозге, шепот-интрудер:
Страх её направлен не на зажимы, Дмитрий. Доминанта – трепет перед неизбежностью вашего повеления. Перед сладостью свободы от решения. Её аудит-журналы... семнадцать вызовов к архивам имперских средств "дисциплинарного" подтипа за последние 28 станционных витков. Семнадцать. Курьёзное совпадение, не считаете ли?
Новый сигнал – назойливый, как ночной кошмар – вполз в сознание: — Курьер-дрон прибыл к министру Шон, – Софи проскрежетала прямо в нейроны, – Активирована прямая телетрансляция. Оптимизировать ракурс? Для... фиксации микропроявлений ужаса?
Голопроекция Софи в кабинете министра замерцала – хищная синяя рябь – на фоне основного дисплея, где бушевал гибельный вихрь. Обращение ИИ к Минди грохнуло из динамиков. Безжизненное. Окончательное. Хирургически точное: «Секретарь Шон. Предписание командующего Харканса: «Немедленно закрепите изъятый объект Сигма-7 согласно регламенту. Явитесь в апартаменты «Куколки» для визуального контроля и устного доклада. Исполнение – обязательное условие - пересмотр вашего контракта на «Фронтире». Лимит времени: триста секунд».
На трансляции Минди отпрянула от портала, куда приземлился дрон, словно от брызг кислоты. Лавандовые пальцы бешено трепетали над зловещим контейнером. Пот струился ртутными дорожками по вискам. Серебряные пряди – мокрый шёлк на шее. Софи вывела данные – индикаторы залились алым, истеричным:
ПУЛЬС: 167 → 190 → ТАК-ТАК-ТАК! | ДЫХАНИЕ: Сбой! Гипервентиляция! | КОРТИЗОЛ/АДРЕНАЛИН: КАТАСТРОФА! КРАСНЫЙ СЕКТОР! | МОТОРИКА: Декогеренция. Тремор: Максимум.
Действие: Пальцы – нечленораздельные клешни – скользили по застёжкам футляра. Будто атрофированные. Неподконтрольные. Приглушённый звук – не то стон, не то проклятие – вырвался при щелчке открывающейся крышки. Внутри. Устройства. Не просто механизмы – они. Гладкие обсидиановые гребни, инкрустированные алмазной крошкой. Бесчувственные. Безупречные в своей жестокой геометрии. Она дёрнулась в конвульсии, отлетела к стене, будто коснувшись оголённого провода.
Через триста секунд створки люкса разошлись с глухим шипящим выдохом. Раньше звука – сдавленный стон. Минди окаменела в проёме. Запах врезался в ноздри – гремучая смесь страха, пота... и орхидей. Жизнь. Трепещущая. Пластичная. Единственное противоядие от ледяной синевы за иллюминатором.
Медные застёжки строгого пиджака расстёгнуты. Обнажая тонкую ваэрийскую сорочку из серо-голубого шёлка. Промокшую. Прозрачную от испарины, прилипшую, как вторая кожа. Но это было ничто. Зажимы сверкали на лавандовой плоти – эти геометричные устройства, впившиеся в грудные полусферы. Винты довёрнуты до предела. Алмазная инкрустация ловила свет – ледяные, пойманные звёздочки на фоне проступающих гематом.
Глаза сомкнуты. Голова поникла. Всё тело – статуя из напряжённых сухожилий, застывшая в ужасе.
— К-командующий... — выдохнула Шон. Голос – тонкая нить, готовая порваться. Каждая фраза – усилие сквозь стиснутые челюсти, — К-контрабандный объект... установлен. Согласно... распоряжению», — Минди будто зачитывала чужой текст.
Нейрошепот Софи в канале Харканса:
Повреждение тканей: Подтверждено (уровень 2, гематома формируется). Лактатный пик → боль/возбуждение – грань эфемерна. Зрачки: Абсолютный мрак. Биохимия: Адреналин, кортизол, эндорфины – коктейль саморазрушения. **Сигнальный конфликт – апогей. Любопытно.**
