– Ой, такие приятные девушки! Вот бы вас познакомить, Фан! Они такие умные, энергичные, добрые и счастливые, с ними так хорошо! – радостно воскликнула Полли.
– И все? – во взгляде Фанни промелькнули разочарование и облегчение.
– Я же говорила, что тебе будет неинтересно. Моя жизнь совсем скучная по сравнению с твоими блестящими приключениями. Давай поговорим о чем-нибудь другом. – Полли успокоилась.
– И кто же из воздыхателей посылает нам такие изящные букеты по утрам? – спросила Фанни, заметив фиалки в маленькой вазе на пианино.
– Он присылает мне цветы каждую неделю, ведь он знает, как я их люблю. – Полли гордо посмотрела на букетик.
– Не знала, что он так предан тебе. – Фанни сделала вид, что нюхает цветы, а сама попыталась прочитать имя на карточке.
– Ну, теперь знаешь, и не надо меня дразнить. Я не люблю рассказывать, что мы друг к другу привязаны, многие считают это глупостью. Уилл очень старается заменить мне Джимми.
– Уилл?! – резко вскрикнула Фанни, краснея, бледная и опрокидывая вазочку.
– Конечно, а кого, по-твоему, я могла иметь в виду? – спросила Полли, поспешно вытирая воду, чтобы она не испортила лак.
– Неважно. Я думала, что у тебя роман. Я чувствую ответственность за тебя, потому что обещала твоей матери за тобой присматривать. Цветы очень красивые. У меня ужасно болит голова с утра, я сама не своя.
Фанни торопливо тараторила, смеялась невпопад и думала, что Полли ей наврала. Полли, кажется, угадала ее мысли и протянула ей карточку.
– Ты думала, что цветы прислал мистер Сидни? Ты ошибаешься, и, если в другой раз захочешь что-то у меня узнать, спрашивай прямо. Ты знаешь, как я не люблю всех этих уловок.
– Дорогая, не сердись. Я просто тебя дразнила. Том вбил в свою глупую голову, что между вами что-то происходит, и мне просто стало интересно. Это ведь так естественно!
– Том! Да что он вообще знает о моих делах?
– Он довольно часто встречает вас вдвоем на улице, вот и выдумал, что у вас роман.
– Очень признательна за его интерес, но это полная ерунда, – отрезала Полли.
Фанни вдруг очень удивила подругу. Ей было стыдно за себя, она испытывала облегчение и при этом совершенно не знала, что сказать, и поэтому просто истерически разрыдалась. Гнев Полли сразу же превратился в сочувствие.
«Так вот что ее мучило всю зиму. Жаль, что я не поняла раньше», – думала Полли, гладя подругу по плечу, протягивая ей одеколон и отпуская сочувственные замечания по поводу головной боли, старательно не упоминая боль сердечную.
– Спасибо, мне уже лучше. Мне давно нужно было выплакаться, и теперь все будет хорошо. Не обращай внимания, Полли, я нервничаю и устала, слишком много танцевала в последнее время, и у меня разболелся желудок. – Фанни вытерла глаза и рассмеялась.
– Так и есть. Тебе нужны отдых и ласка, а я ругаю тебя, именно тогда, когда надо быть с тобой особенно доброй. Скажи, что я могу для тебя сделать? – спросила пристыженная Полли.
– Расскажи мне о своей жизни. Кажется, у тебя не так много бед, как у других людей. В чем секрет, Полли?
Фан мокрыми глазами посмотрела на Полли, которая натирала подруге виски одеколоном.
– Ну, – медленно сказала Полли, – я просто стараюсь во всем найти светлую сторону. Это очень помогает. Ты даже не представляешь, сколько добра и света можно найти в самых обыкновенных вещах.
– Я не знаю как, – уныло сказала Фан.
– Ты обязательно этому научишься, я же научилась. Раньше я постоянно ворчала, ныла и страдала. Это до сих пор случается, и чаще, чем следовало бы, но я стараюсь так не поступать, и мне становится легче. Мисс Миллс говорит, что стоит взять верх над своими бедами, и можно считать их наполовину решенными.
– Это очень сложно, – капризно сказала Фанни.
– И что же тебя гнетет? – с тревогой спросила Полли.
– Очень многое, – начала Фан, а потом замолчала, потому что ей стало стыдно признаться, что она страдает от того, что не может купить новую меховую накидку, поехать в Париж весной и влюбить в себя мистера Сидни. Так что она выбрала более пристойный ответ:
– Мама болеет, Том и Трис все время ссорятся, Мод становится все более и более своенравной, а папа тревожится из-за своих дел.
– Печальное положение вещей, но ничего особенного. Ты можешь кому-то из них помочь? Это принесло бы всем пользу.
– Я понимаю, что надо как-то вмешаться, но не умею влиять на людей.
– Тогда хотя бы не жалуйся. Будь счастливой, если можешь, это поможет и другим людям.
– Том говорит то же самое. Мол, выше нос. Но как это сделать, когда все так глупо и утомительно?
– Если кому-то в этом мире и нужна работа, так это тебе! – воскликнула Полли. – Ты так рано вышла в свет, что в двадцать два года уже устала от всего. Попробуй найти себе занятие, и ты сразу увидишь, сколько у тебя сил и способностей.
– Очень многие девушки до смерти устали от модной жизни, но не знают, чем ее заменить. Я бы хотела попутешествовать, но папа говорит, что мы не можем себе этого позволить, так что остается только жить по-прежнему.
