– Она правда так сказала? Я отдам ей платье и не возьму ни цента. – Фан разозлилась на Трис и одновременно ощутила благодарность к Белль.
– Она на это не пойдет. Предоставь все мне и не стыдись. Когда у тебя была возможность, ты была очень щедра к Белль – так позволь ей отплатить тебе тем же.
– Если так, то это другое дело. Деньги бы мне очень пригодились, но мне будет не так-то просто их принять.
– Даже королевы продают свои драгоценности в тяжелые времена, и это не считается чем-то дурным. Это просто маленькая сделка между подругами. Считай, что вы просто меняетесь.
– Посмотрим, – сказала Фан, про себя решив последовать совету Полли.
– Если бы у меня было много вещей, как у Фан, я бы устроила аукцион. Почему тебе так не сделать? – Мод взялась за третью шляпку.
– Сейчас устроим, – сказала Полли и, вскочив на стул, немедленно распродала весь гардероб Фанни воображаемым друзьям, так ловко передразнивая их, что комната звенела от смеха.
– Ладно, хватит шутить, давайте вернемся к делу, – Полли запыхалась, но была очень довольна собой, – белый муслин и красивые шелка могут лежать годами, поэтому их можно пока отложить. Тебе не придется покупать материал, и ты сможешь в любой момент достать что-то из запасов и перешить. Так поступает моя мама. Богатые друзья всегда отдавали нам одежду. И если ее нельзя было носить сразу, мама все откладывала на будущее. Иногда там были такие забавные вещи. Непарные туфли, например, шляпы без тульи, дырявые чулки. Мы обычно сбегались и смотрели, как мама распаковывает посылки. Мальчики всегда смеялись над этими вещами, а Уилл однажды даже стихотворение написал, когда был совсем маленьким:
– Я думаю, что Уилл будет таким же хорошим поэтом, как мистер Шекспир, – серьезно сказала Мод.
– Он уже Милтон[24]. Но их не связывает ничто, кроме фамилии.
– А почему мать не позволяла тебе носить красивые платья? – спросила Мод.
– Она считала, что дочерям небогатого священника не подобает носить поношенные бальные наряды, поэтому откладывала то, что считала уместным и полезным, а грязные шелка и потертые шляпки отдавала нам для игр. Как мы веселились на чердаке! Однажды мы устроили бал. Все нарядились, даже мальчики. И тут зашли соседи и выразили желание увидеть примерных детей. Мама нас позвала, но после бала мы устроили концерт в саду, сидя на капустных кочанах, словно это зеленые атласные скамьи, и ничего не услышали. Когда гости уже собрались уходить, из-за угла выскочил Нед в парадном костюме, толкавший перед собой тачку с Китти. Мы с Джимми и Уиллом с криками неслись за ними и выглядели как пациенты сумасшедшего дома. Мы играли в то, что леди Фиц-Перкинс упала в обморок и ее везут домой в кэбе. Мама чуть не умерла от смеха, а соседи вволю полюбовались на примерных детей.
Мод так хохотала, что неосторожно присела на край сундука и тут же упала внутрь, так что ей пришлось помочь вылезти.
– В деревне куда веселее, чем в городе. Я никогда не ездила в тачке и никогда не сидела на капусте. По-моему, это несправедливо, – обиделась она, – и не нужно хранить для меня старые платья. Я не собираюсь быть важной леди. Я выйду замуж за фермера, буду делать масло и сыр, рожу десятерых детей и стану разводить свиней, – добавила она.
– Уверена, именно так ты и поступишь, если найдешь фермера, – сказала Фанни.
– Я собираюсь выйти замуж за Уилла. Я спрашивала, он согласен. Он собирается читать проповеди по воскресеньям, а остальное время работать на ферме. И нечего тут смеяться, мы уже все решили, – с величайшим достоинством сказала Мод, примеряя старую белую шляпку и думая, могут ли жены фермеров надевать в церковь страусиные перья.
– Святая простота. Вот бы снова стать ребенком и говорить, что в голову взбредет, – пробормотала Фанни.
– Хотелось бы мне увидеть лицо Уилла, когда Мод сделала ему предложение, – поддержала Полли.
– Нет новостей от… – шепотом спросила Фанни, делая вид, что внимательно изучает рукав.
– Все еще на Юге. Не думаю, что он слышал о последних событиях. Думаю, это все объясняет.
– Полагаю, сэр Филип пострадал сильнее, чем мы думали, – сказала Фан.
– Сомневаюсь, но время залечивает такого рода раны удивительно быстро.
– Хорошо бы.
– Кто такой сэр Филип? – навострила уши Мод.
– Один знаменитый человек времен королевы Елизаветы, – объяснила Фан.
Мод, казалось, была удовлетворена, но все же что-то ее настораживало.
– Ненавижу шить, – сказала Фанни, чтобы перевести тему.
– Мы с Дженни тебе поможем. Мы твои должники, как и Белль, и желаем отдать долг. Добро всегда возвращается, как и зло.
– Но мои добрые дела вернулись с процентами. – Фанни была очень довольна.
– Потому что добро – лучшая инвестиция, дорогая. Распори это платье, чтобы Дженни его перешила, а я сделаю шляпку.
