Детектив снова опустошает кружку, тут же подбегает официантка с кофейником и наполняет ее. Гарсия ждет, пока официантка не окажется вне пределов слышимости, и затем продолжает:
– У парня Тины Пита есть алиби. Не железное, конечно, – он сказал, что находился в тот день у друга, и тот ручается за него. Мы отследили телефонные звонки Пита. Чтобы убить Тину, ему пришлось бы оставить телефон у друга (его телефон не засекла ни одна другая вышка сотовой связи), добраться до Баркли, перелезть через ограду, проникнуть в дом, толкнуть Тину и убежать незамеченным. Маловероятный сценарий. Даже несмотря на то, что сигнализацию отключали днем из-за большого количества людей, приезжавших к Баркли для выполнения работ как внутри дома, так и на его территории.
Детектив вздыхает, она выглядит измученной. Кофеин ее, видимо, не взбодрил.
– Есть ли вероятность того, что вы кого-то арестуете? – интересуюсь я. – Спрашиваю, потому что могу предоставить свои рекомендации в суд позже.
– Будь у меня достаточно доказательств, я бы выдвинула обвинения. Но у меня их нет. Это глухое дело. Оно так и останется открытым, и оснований для активного расследования у нас нет.
От этих слов я сникаю. Значит, это конец.
– То есть случившееся с Тиной так и не раскроется?
Телефон детектива начинает вибрировать. Она смотрит на него и кладет обратно на стол. Ее голос звучит немного хрипло:
– Люди считают, что худшее в моей работе – видеть мертвых, но это не так. Худшая часть – видеть живых. Просто невыносимо сообщать человеку, что его брата, матери или дочери не стало и мы, может, никогда не узнаем, отчего это произошло или кто в этом виноват.
Она закрывает глаза и качает головой. Я замечаю, что ее ногти обкусаны до мяса.
– Как вы считаете, Тина была убита? – спрашиваю я.
Детектив Гарсия открывает глаза. Она оглядывается и, хотя в закусочной почти пусто, наклоняется ближе ко мне:
– Я не перестаю думать о двух вещах. Эта информация должна остаться между нами. Итак, во-первых, Тина говорила с подругой по телефону перед самой смертью.
Я внимательно изучала материалы дела, но о такой детали не знала.
– Мы не все сообщили СМИ, – продолжает детектив. – Тина говорила об Иэне, о том, что мечтает с ним сбежать, как только сообщит ему о ребенке. Затем раздался звук бьющегося стекла. Именно так мы смогли определить точное время ее падения.
Мой пульс учащается.
– Подруга не слышала других голосов на заднем плане?
Детектив Гарсия качает головой:
– Тина даже пауз не делала во время разговора. Только один раз шумно вздохнула. Она говорила быстро и довольно взволнованно; может, это был просто громкий вдох. А может, кто-то подкрался к ней и напугал ее. Или она ахнула, когда споткнулась. Но вот что странно: мы так и не нашли телефон Тины на месте происшествия.
Я хмурюсь:
– Кто-то его забрал?
Ее глаза темнеют.
– Телефон отключен с того момента, как произошел несчастный случай, и мы не смогли его обнаружить. Поэтому невозможно сказать, кто именно его прихватил. На месте происшествия было много опрашиваемых. И все семейство Баркли, само собой.
Я достаю ручку:
– Как зовут подругу Тины?
– Этого я не могу сказать, – хмурится детектив. – Некоторые сведения нельзя разглашать.
Я киваю, будто в знак согласия. И больше не настаиваю на своей просьбе. Однако детектив говорила о двух вещах, не дающих ей покоя.
– А что во-вторых?
– Роуз ведь любит собирать овощи? У нее есть небольшая плетеная корзинка. Девочка была в огороде с бабушкой и собирала последние в этом сезоне помидоры черри, когда Тина выпала из окна. Бабушка утверждает, что перед тем, как Тина упала на террасу, они с Роуз провели на заднем дворе около десяти минут.
Киваю: это соответствует тому, о чем я читала и слышала.
– Мы нашли корзинку. Судя по фотографиям с места преступления, она лежала у грядки.
Не понимаю, куда клонит детектив:
– Наверное, Роуз уронила корзинку, когда Гарриет закричала.
К нам подходит официантка с кофейником. Продолжая смотреть мне в глаза, детектив прикрывает кружку рукой и ждет, когда официантка уйдет.
– Конец лета, помидоров полным-полно. Так почему корзинка была пуста? Если девочка так любит собирать овощи, чем она занималась те десять минут перед смертью Тины?
По коже пробегает холодок.
– Но Роуз не… Вы думаете, она замешана в этом?
Детектив пожимает плечами:
– Я никогда ничего не исключаю, но, опять же, эта версия кажется притянутой за уши. Девочка молчит, и мы ничего не можем у нее узнать.
Гарсия изучает мое лицо. Она открывает рот, чтобы что-то сказать, но ее телефон начинает настойчиво трезвонить.
– Мне пора идти. – Она встает, берет сумку. На секунду колеблется. – Вы слышали, что Иэн и Бет отказались проходить проверку на детекторе лжи?
Киваю.
– Так считают СМИ, – добавляет Гарсия. – Но это не совсем правда.
Жду, что она скажет дальше, и внутри у меня все сжимается.
– Они оба встали и вышли, когда я спросила их о дочери.
