Я не ответил, направляясь к воротам. Приоткрыв их и выйдя за ограду, я буквально уткнулся в грудь буланого коня. Сидевший на нём всадник прохрипел:
— Волшебникам нет места в честном бою!
— А конокрадам есть? — отозвался я, — Ты начал нашу войну с кражи, стоит ли теперь говорить о чести?
— Я жду ещё людей. Мы просто задавим вас числом. Выдай убийцу сына и уходите.
— Я перед тобой. Готов на поединок?
— Не велика честь справиться со стариком.
— Тогда, может это будет твой младший сын?
— Поединка не будет! Когда прибудут три десятка моих воинов...
— Десяток. И уже прибыл.
Барон оглянулся.
— Похоже, воины в твоих землях закончились, — посочувствовал я.
— Может мне сжечь деревню, давшую вам приют? — задумчиво протянул Барон.
— Что нам эта деревня, — отмахнулся я, — Но если ты их впутаешь в наш спор, клянусь, мы убьём твоего младшего сына. Может лучше позволишь нам откупиться?
Барон посмотрел на меня с ненавистью.
— Того десятника, что пропустил тебя за деньги, я повесил на придорожном дереве!
— Семь человек в конюшне, Кувшин, десятник, сегодня четверо — ты уже потерял тринадцать человек. Даже если победишь, останешься без войска и баронство уже не удержишь.
— Найму новое за деньги, которые возьму с ваших тел, — проскрипел барон отъезжая.
«Поговорили», — думал я, возвращаясь во двор.
— Хан, — крикнул Тощий, — Новых воинов девять. Из баронских один тяжело ранен, лежит на земле. В сёдлах двадцать три человека вместе с бароном.
— Что ещё видно?
— Барон ругает с воина в богатых доспехах, из тех, что только прибыли!
— Должно быть, это его младший сын, которого барон ждал с подкреплением в тридцать воинов, — я посмотрел на Брамина, — Всё равно многовато их.
— Я отдохнула, — сообщила Полынь с крыши, — Хан, я могу дотянуться до барона молнией, но потом слягу.
— Бей! — выкрикнул я, вглядываясь в спрыгнувших с коней и отошедших в сторону двух человек в роскошных плащах.
Из чистого неба с резким звуком ударила молния. Её ослепительный росчерк пришёлся прямо в голову барона и изломанной линией вонзился в его сына. Барон вспыхнул, как пучок соломы на ветру, а его сын, отлетев на несколько шагов упал на землю и застыл. Застыли и всадники, глядя на догорающее тело старшего и недвижимую фигуру младшего барона в дымящихся сапогах.
— Полынь! — вскрикнул Тощий.
Брамин сообразил раньше меня и одним прыжком оказавшись в нужном месте успел подхватить упавшую с крыши волшебницу. Они оба свалились на землю, но он смог смягчить удар.
— Опять выложилась до упора! — вышедший из дома Лекарь кинулся к волшебнице, привычно выхватывая какой-то сосуд из своей сумки.
Оставшиеся стражники собрались вместе и стали что то горячо обсуждать.
— Хан, — позвала меня Ирга, — к воротам скачет всадник!
— Разбирайтесь тут! — я быстро пошёл к воротам.
Новый переговорщик почтительно соскочил с седла и поклонился. Я ответил кивком. Вежливым, но не глубоким.
— Кажется, ваша волшебница упала с крыши? — поинтересовался воин с повязкой десятника на рукаве.
— От смеха, — развёл я руками, — уж очень её веселит когда кого-нибудь удаётся поджарить! Маги, что с них возьмёшь! Уж и ругаю, и доли в добыче лишаю, ничего не помогает!
Десятник подозрительно посмотрел на меня, но тему развивать не стал.
— Господин наёмник, вы тут так порезвились, что у баронства не осталось владетелей, — аккуратно стал он развивать свою мысль, — мы тут с ребятами посоветовались, может вы его место займёте?
Неожиданно. Нищее баронство? Деньги у меня есть, соседей усмирим. Устроимся здесь как следует. Барон Хан? Я улыбнулся.
— Благодарю тебя и остальных, но я отказываюсь. У каждого свой путь. Баронское кресло займи сам. Верю, у тебя получится.
Десятник почтительно поклонился и ушёл. Я вернулся к своим.
— Ну что тут? — спросил я сидящего на крыльце Брамина.
— Лазарет, — коротко ответил он, — Полынь перенапряглась, я ногу подвернул, Тощий, пытаясь удержать Полынь на крыше, руку вывихнул. До чего договорились?
— Баронство мне предлагали, я отказался.
Брамин, вышедший на крыльцо Лекарь, смотревшие с крыши Тощий и Ирга застыли.
— Хан, ты шутишь? — наконец отмерла Ирга.
— Дважды нет.
— То есть правда и то, что тебе предлагали, и то, что ты отказался, — сообразил Лекарь, — Кажется, у нас ещё один заболел! У тебя с головой всё в порядке, Хан!
— Баронесса Ирга, как это красиво звучит, — простонала Ирга с крыши.
— Хан, — Брамин потряс головой, — Да, нищее, да, захолустное, да с уймой проблем, так ведь всё равно баронство!
— Попросить тебя взять бароном? — кротко спросил я.
— Да из меня барон, — Брамин привстал и со стоном опустился на крыльцо.
— Это ещё Торгаш не знает, — вставил свою медную монетку в разговор Тощий.
