— Я хотел сказать, что с радостью одолжу вам необходимую сумму для выплаты долга, и вы навсегда избавитесь от вашего мужа...
Вики уже по настоящему начинало раздражать недомыслие графа.
— Вы действительно не понимаете или просто прикидываетесь? Сейчас этот долг уже не имеет значения. Гарет растоптал мою жизнь. Он считает, что может безнаказанно распоряжаться ею. И знайте, с вашей помощью или нет, но я докажу как сильно он ошибается. Вы даже представить не можете, как далеко я готова пойти.
В комнате установилось недолгое молчание. После чего Тодеуш смог ответить:
— Давайте будем считать, что я ничего не говорил... На самом деле, у меня хорошие новости... — С этими словами он протянул ей листок.
— Что это? — Вики была заинтригована.
— Прочтите.
Вики пробежала глазами по бумажке. Ее глаза засветились неподдельной радостью.
— Что же вы молчали. Неужели действительно вам удалось прибрать к рукам 24 процента акций "Прожекти"?
Решительно сегодня графу все удавалось.
— Да. Еще немного и мы сможем кардинально влиять на расстановку сил в компании. И кто знает, может быть со временем удастся избавиться от Гарета.
— Я готова одновременно и убить и расцеловать вас. Скрывать от меня такую важную новость. Давно я не слышала ничего более приятного. За это надо выпить.
— Вы больше не сердитесь?
— Ну, если только чуть-чуть. — Вики не удержалась от кокетства. Она не могла понять, как человек может быть одновременно таким глупым, особенно, что касается женщин. И в то же время тягаться с таким сильным противником, каковым, безусловно, был Гарет.
После того, как они с Тодеушем распили бутылку шампанского, Вики отправилась домой. Она настояла, что должна поехать одна. С одной стороны, как она и сказала графу, не хотела рисковать — их могли увидеть. А с другой стороны — ей необходимо было подумать, привести свои мысли в порядок. После приятной новости графа и выпитого шампанского голова буквально раскалывалась. Однако Вики поймала себя на мысли, что думает не об этом. Ей вдруг стало, так тяжело на сердце. Вспомнилось недавнее собственное сравнение себя с Гаретом. А, действительно, чем она лучше.
Разве этому ее учили родители. Она пробовала убедить себя, что действует только в ответ — не она заварила эту кашу. Разве не должен человек защищаться. Но внутренний голос отвечал — должен, но только какими средствами.
Граф заметил ей как-то, что она сильно изменилась. Стала спокойней, больше улыбается. Он, безусловно, прав. Только узнай он причину этих перемен — вряд ли обрадовался бы. А успокоилась она потому, что у нее ясно появилась цель. После того, как последний раз с ней обошелся Гарет, в ней что-то сломалось. Как будто лопнула пружина, на которой держалось все то, чему учили ее родители. Теперь это казалось ненужным грузом. Зачем, если жизнь не имеет к этому никакого отношения.
Когда-то она смотрела фильм про акул. Там говорилось, что у них один инстинкт — инстинкт убивать. Так далеко она не зашла никогда бы, но что-то похожее Вики чувствовала в себе. Никаких эмоций, какое то вселенское спокойствие. Отомстить — все остальное ушло на второй план. Даже образ брата бледнел, по сравнению, со сладкими мыслями о том, как отомстит Гарету за все унижения. Она уже знала, если не удастся сделать это с помощью графа, она найдет другой способ — вопрос будет только во времени. А чувства, ну что ж, пока это непозволительная роскошь.
Иначе она погибнет, если не физически, то морально уж точно. Но она пойдет на все или практически на все, но не позволит Гарету сделать из себя рабыню, растоптать.
Казалось все решено, и Вики знала, что не отступит, но почему так тяжело?
***
Тетя Дженифер собралась уезжать неожиданно, очень быстро собрав свои вещи. Коуп не стал ее уговаривать остаться — все было ясно без слов. Какое то время он считал нужным притворяться, но после известного события на вилле изменения произошли не только с Вики, Гарет также стал другим.
Если по приезду тете Дженифер, казалось, что она попала в дружную, крепкую семью. То теперь она спасалась бегством. По природе, будучи человеком импульсивным, открытым, чуждым всяческой фальши, она не смогла больше выдерживать ни молчания между Гаретом и Вики, ни светского тона в их разговорах.
Правда провожать тетю Дженифер поехали все же вместе. Уже прощаясь у самолета, поцеловав и перекрестив их обоих, она произнесла сквозь слезы:
— Прошу вас, не делайте глупостей. — И вздохнув, стала медленно подниматься по трапу. Внезапно поднявшийся сильный ветер рванул ее за полу плаща, казалось, хрупкая фигура не устоит. Однако, расправив плечи, с высоко поднятой головой, она также твердо продолжала двигаться вперед.
— Тетя всегда была стойким человеком. — Гарет говорил о ней с гордостью.
Вики и Гарет стояли внизу, дожидаясь, когда тетя Дженифер скроется в самолете. Несмотря на ту степень цинизма, до которой оба дошли, они понимали, что она была тем единственны буфером, который хоть как-то ограждал их от последней черты. Теперь они остались один на один друг с другом.