Мы присели на ставшее уже привычным угловое место, и нас тут же принялись кормить да обихаживать. Все же, как–никак, мы защитники и спасители. Поэтому к нам внимание особое.
Пока насыщались жареными на сале яйцами, появился Дори Краб, а за ним Кривой Руг пожаловал. Авторитеты подсели к нам, и пока они попивали взвар, между собой, как если бы нас не было рядом, решали нашу судьбу.
— Что с парнями делать будем, Руг? — отхлебывая из кружки, спросил Дори.
— Несколько вариантов есть, — ответил тот.
— Какие? Может, поделишься?
— Отчего же. Можно и поделиться. Старая Гавань наша, а значит надо всех местных воров под себя подгребать. Парней поставим над всеми босяками, пускай их контролируют. Опять же на вольные хлеба этих приютских можно отпустить. За долю, конечно. А еще можно как посыльных при себе держать или помощниками в таверне.
— А согласятся, Руг? — с усмешкой задал вопрос Дори. — Они ведь крови уже попробовали. Могут и сами свое мнение высказать.
— А мы их не тираним, не заставляем и не принуждаем. Сами что–то выберут, шанс им дадим.
Разговор шел неспешно и равномерно, как будто перетекал из вопроса в ответ. Про такую игру я раньше слышал и понимал, что требовалось молчать до тех пор, пока старшие не обратятся к тебе напрямую. Поэтому, когда Звенислав открыл рот, чтобы как обычно сказать что–то не подумав, я наступил ему на ногу. Он только зыркнул на меня исподлобья, но намек понял и промолчал.
— Так что, поставим их над босяками? — теперь уже вопрос перешел к Ругу.
— А потянут ли? — с сомнением в голосе произнес Дори Краб. — Не справятся, я так думаю.
— А мы им наставника дадим хорошего.
— И кого же?
— Да хоть Лысого, к примеру. Он человек правильный и неглупый, а еще с нами заодно против воров стоял. А теперь он и перед своей братвой чист, так как Папаша Бро крысой оказался и сбежал. Ходит сейчас по району открыто и ни от кого претензий не имеет.
— Надо все же ребят спросить… — улыбнулся хозяин таверны и посмотрел на нас.
Кривой Руг резко развернулся к нам и спросил:
— Что выберете?
Мы переглянулись и я ответил:
— Согласны. Будем за босяками приглядывать. Только просьба у нас.
— Какая? — Руг привычно скособочился на поврежденный в молодости бок.
— У нас на улице Красильщиков парни остались, хотим их сюда перетянуть.
— Это не проблема, а даже, наоборот, хорошо. Вам сейчас своя стая нужна, чтобы местных босяков под контролем удержать. Приводите своих парней. Дори им один из пустых домиков неподалеку выделит. А пока идите на двор, скоро Лысый появиться должен, он будет вашим наставником.
Во дворе, усевшись на бревна, мы обсудили новые перемены в нашей жизни и пришли к единодушному решению, что пока обстоятельства складываются для нас очень даже неплохо. Мы одеты и обуты, при оружии и местный пахан нам благоволит. А что работенку подкинул, так ведь никто не говорил, что нас за красивые глаза будут кормить. Самое главное — требовалось убежище и время, чтобы оглядеться, и мы все это получили. А что дальше? Нужны верные люди, которые нас, когда настанет срок, наверх подкинут. И босяки Старой Гавани, если их к себе прислонить, вполне могут ими стать.
Через полчаса появился наш новый учитель и наставник. Тот самый мутный тип, с которым мы общались в таверне два дня назад. Ничего так, в общении дядька легкий, и будем надеяться, что он нас, действительно, чему–то научит, а не будет старыми воровскими байками время забивать.
Лысый был явно чем–то недоволен и, примостившись рядом с нами на бревно, тут же объяснил:
— Не ваше это дело по преступной дорожке гулять, дромы. Не ваше. Я так Кривому Ругу и сказал. Но он говорит, что вы сами так решили. Правда?
— Правда, — подтвердил Курбат.
— Эх! Вам воинами надо быть, а не преступными авторитетами, — прокряхтел вор. — Ну ладно. Раз сами так решили, то так тому и быть. Стану вас учить и, предупреждаю сразу, будет тяжело. В Старой Гавани три сотни подростков и детей, и это не та шпана, что в городе гуляет. Тут любой в сапоге нож таскает и готов его применить, а вы не местные. Законов воровских не знаете, разговора блатного тоже. В общем, без поддержки Кривого Руга вы здесь никто и звать вас никак. Понятно излагаю?
— Понятно, — сказал я. — Только не по теме. Насчет воинского пути зарекаться не будем. Всякое может быть. Глядишь, приведет судьба на поле битвы, а пока нам необходимо здесь закрепиться.
Лысый вытащил из–за ворота рубахи вязаную круглую шапочку, натянул на голову, поежился и начал урок:
