— Это я вас вызывал, доброволец Бертра, — с некоторой показной брезгливостью, произнес он.
— Да, господин полковник! — вытянулся бывший виконт. — Виноват, господин полковник!
— Вы готовы искупить свою вину перед герцогом и государством кровью, доброволец Бертра?
— Да, готов!
— У нас возникла мысль, — Штенгель кивнул в сторону Интара, — назначить вас командиром первой рейдерской сотни. Однако, видя, что вы не осознали все свое положение, я пребываю в сомнениях.
— Виноват, господин полковник! — снова отрапортовал доброволец, и лицо его немного передернулось. — Исправлюсь!
— Что же, Бертра, — Штенгель перешел на свой обычный тон. — Спесь с вас немного слетела, и это хорошо. Присаживайтесь с нами, выпейте хорошего горячего взвара. На каторге отвыкли, наверное?
— Признаю, отвык, — ответил тот и понурился.
Штенгель налил Бертра большую кружку горячего ароматного напитка, тот присел на стул возле стола, примостившись с самого краешка, и полковник спросил:
— Итак, вы готовы принять под свое командование первую и самую боеспособную рейдерскую сотню?
— Готов, господин полковник!
Бертра хотел подскочить, но Штенгель придержал его:
— Сидите, доброволец.
— Виноват, — вновь повторил бывший виконт.
— Это ничего, что виноваты, Бертра, искупите своей службой, как говорится. Тем более что тяжких грехов за вами нет. Герцог хоть и суров, но справедлив.
— Да если бы я знал, что мятеж не игра, а самый настоящий заговор, да еще с подачи рахов. Да я бы сам этих заговорщиков убил, своей рукой. Сглупил и заигрался — признаю. А потом сопротивление оказал. Вот и получил.
— Мы вам верим, доброволец Бертра. А в нашем лице и герцог Конрад Четвертый. Так что давайте перейдем непосредственно к делу.
— Как скажете, — сотник Бертра сделал глоток взвара, успокоился и спросил: — Какое вооружение мы получим?
— Старое и не совсем годное, сотник. Пайки так же, не самого лучшего качества, и обмундирование такое же. Расчет состоит в том, что вы сами себе все в бою добудете.
— Понимаю, — Бертра кивнул. — Состав моей сотни?
— Самые ухватистые и боевые люди из тех, что есть в наличии. Контингент сложный, но думаем, что вы справитесь.
— Как мы проникнем на вражескую территорию?
— Если через Сану, то болотами, есть несколько троп. А если через Быстришу, там гораздо сложней, лесом. Вы ведь бывали в тех местах, сотник?
Бертра кивнул, подтверждая слова полковника, и продолжил задавать вопросы:
— Какие–то цели являются приоритетными?
— Приоритетов нет. Для начала, что сможете уничтожить или захватить, то и ваше. Желательно, уничтожать вражеских командиров, жрецов, профессиональных солдат. Но даже если разграбите продовольственный обоз, то и это будет для нашей армии неплохим подспорьем.
— Когда мы получим свободу?
— Как только докажете верность короне и государству сразу же получите волю. Однако до окончания летней военной кампании останетесь под нашим командованием. Еще вопросы есть?
— Никак нет, господин полковник, — бывший виконт, а ныне сотник–штрафник первой рейдерской сотни герцогства Штангордского, встал.
— Тогда удачи вам, сотник, принимайте свое подразделение.
Бертра поставил на стол кружку с недопитым взваром и вышел. А после него в кабинет вошел пират Бебека, полная противоположность штангордскому дворянину, обрюзглый косматый увалень, почти старик. Хотя по документам ему только недавно исполнилось тридцать пять.
— Можно? — спросил пират, протискиваясь в дверь.
— Принимали орехи маталаки, Бебека? — сразу спросил Штенгель.
— Баловался ими по молодости, было дело, — остановившись возле двери, не стал отрицать пират.
— Заметно, — полковник окинул Бебеку оценивающим взглядом. — Вы назначаетесь командиром второй рейдерской сотни.
— А зачем мне эта головная боль? — удивился пират. — Мне это ни к чему. Что взамен?
— Выживешь, получишь свободу.
— Так я ее и рядовым бойцом получу.
— Если твоя сотня уцелеет, то получишь разрешение собрать на следующее лето отряд из пиратов Кораса и сможешь привести их в герцогство. Что такое капер, знаешь?
— А то, знаю, конечно.
— Вот и у нас они тоже появятся, только на суше.
— Подумать надо, посмотреть, обмозговать. Будет ли это выгодно?
— Решай сейчас, — давил Штенгель.
— Согласен, — буркнул пират.
— Иди, принимай сотню, о проведении операций узнаешь у командира первой сотни, — пират направился на выход, и Штенгель бросил ему вслед: — Не вздумай дурить, пират. Сбежать не получится.
После Бебеки, на пороге возник следующий доброволец. Не вошел, не протиснулся, а именно возник, словно из воздуха соткался, мэтр Самбини. Худенький и тонкокостный человечек с лисьей мордочкой и тонкими усиками под носом. А дополняла его обличье небольшая круглая шапчонка ярко–зеленого цвета. Такого ловкого жулика, как бывший мэр Норгенгорда, история герцогства давненько не знала. Мастер своего дела и редкостный пройдоха с огромными связями.
