На веселом пиру я, поэт, сообщаю вам это:Нет бессмертия, кроме бессмертия слов.Только слава моя будет вечно основой основ.Всё иное — ничто, кроме славы поэта.Раз мне крылья даны, перестану летать ли?Кто мои самородки продаст или купит?Пью за ваши таланты, друзья-дилетанты,Свою полную жизнь, ее пламенный кубок!13 февраля 1922<p>184. Руки отрублены у нимфы Калипсо. <emphasis>Перевод Е. Квитницкой</emphasis></p>Шел шажком да шагом, шел походкой тяжкой.Словно мокрый, хворост, распалялся туго.Оглянулись — вот он! Увидали — тут он! —Сводник малой спички с динамитной шашкой.Всё в округе выжег жаркими делами.Обуял пожаром сразу всё на свете.С гор дошел до моря, ненасытный, вот он!Оказалось: Факел.Оказалось: Светоч.Оказалось: ПламеньРеволюционный.Архангельские трубы.Опалимо — всё.Руки отрубленыУ нимфы Калипсо.16 апреля 1922. Пасха<p>185. Слышу голос я твой… <emphasis>Перевод Б. Резникова</emphasis></p>Догорел небосвод,И заката печальГорный ветер несетВ даль, в бескрайнюю даль…Мы встречаемся вновьНа дороге во тьму.Снова память, любовьИ надежда… К чему?Над твоей головой —Солнца вечного свет,Слышу голос я твой,И покоя мне нет.День прошел и исчез,Сгинул в небе пустом,И задумался лесВеличавый. О чем?17 июля 1922<p>186. Родина черного Люцифера. <emphasis>Перевод В. Леоновича</emphasis></p>Дождь или снег? Нам старости краяПриснятся, будто край пустынный, отчий:Дорога жертв — и высочайшаяЗвезда над нею в недрах полуночи.Алмазно-черный мреет Люцифер,И Вифлеема нет еще в помине,Еще в потемках безначальных верВлачится дух… Горит звезда гордыни!Отчизна Люцифера, ты пескомЗатоплена, бескрайним и безмолвным.Был Назареянин нам не знаком.Он шел позднее. Поверху. По волнам…Беда! И наше дело — сторона…Как проклятые — меж пустынной сольюБлуждаем мы — и сладостью вина.Меж сластью бытия — и крестной болью!Июль 1922<p>187. Ночь в ущелье. <emphasis>Перевод Е. Квитницкой</emphasis></p>Снег, словно добрый кастелян,Для празднества раскинул скатерть.А вышло — буря, гром раскатов,Опустошенье по столам…Хрипя, воинствуя и скалясь,Исчадье этой ночи — мглаВ ущелье всё превозмогла.И демон корчился на скалах…Август 1922<p>188. Элегия. <emphasis>Перевод В. Леоновича</emphasis></p>Тебе ли, ангел, здесь молиться,Слетев с небесной высоты,И траурному платью литьсяНа горельефы и кресты?Спасла ли ты Буонарроти?Прими блаженные слова…Последняя во всей природеСвятыня теплится едва.1 сентября 1922Сигнахи<p>189. Родной ветер. <emphasis>Перевод М. Синельникова</emphasis></p>1Черный дым, ночной туманЗастилает Дагестан.Выше, выше стали башниНебосвода и Нестан.Помнишь, как луну качалоБурной ночи опахало?«Где же, где же ты сейчас,И куда судьба умчала?..»
